И тут она замерла. Сквозь сознание, послышался, плачь. Детский, неуемный плачь, который был похож на крик. Женщина бежала на мост.
В темноте, она разглядела белый кулек, который был уже развязан. Из него торчали ручки и ножка, кричащей Алисы. Девочка была, почти у края и вот вот, могла упасть в пучину, с огромной высоты. Алевтина схватила ее, подняла. Тело было холодным, лицо мокрым и выглядело болезненно.
-Алиса, где мамочка.. Где же мамочка? – ребенок стал тише, но конечно, она не смогла бы ей ответить.
***
Воспоминания поглощали.
Так пропала ее дочь. Никто не знал, что произошло на самом деле. Может, она прыгнула, с моста, в ту черную грязную синеву, а может ее похитили или она ушла сама. С тех пор, женщина не могла произнести имя дочери вслух или даже при внучке, она боялась выдать свою боль, которая была так очевидна, так душераздирающа, что могла бы испугать Алису и породить много вопросов у девочки, которых у Алевтины Семеновны, просто не было.
В квартире было пусто, тихо и очень темно. Темнее, чем когда-либо. Лицо женщины болело, она сидела на диване, руки лежали по бокам и все, выдавало ее безысходность. Второй раз, она потеряла ту, которую должна была беречь.
Она вновь разрыдалась, слезы текли крупными каплями, внутри зародился кашель, сначала он был похож на щекотание, но усиливался и Алевтина, стала задыхаться. Слезы, крик, она понимала, что происходит страшное. Сердце кололо, руки охладели, и онемение сковало тело.
Ее голос, раздавался в тишине, среди пыли на полу, которая уже накопилась за эти дни одиночества.
Голос уже не был похож на привычный.
-Али..с…Ал..Алиса...
Голос стих. Алевтина Семеновна, так и не дождалась своих девочек домой. Тело было еще теплым, когда месяц появился в окнах.
***
Этот же месяц отражался в глазах Алисы. Она стояла у окна и слушала как Егор, уговаривал ее молчать, а она хотела домой…ее, слишком долго не было дома, бабушка наверно сходит с ума.
-Слушай, я..я е хотел. Просто я люблю тебя.
Алиса обернулась.
-Егор, давай договоримся? – парень вскинул брови. Он несколько часов уговаривал ее все забыть. Вадим, слушающий разговор за дверью, не верил в хороший исход и не понимал, к чему так жевать сопли, с этой малолеткой.
-Давай, да давай договоримся.
-Егор, дай мне пойти домой. Я ни кому ничего не расскажу. И ты, пожалуйста, тоже.
-Да, хорошо. Это же между нами.
-Нас нет. Егор. – Она смотрела с болью, на лице были синяки. Мог ли он сейчас отказать ей?
-Хорошо. Я провожу тебя домой. Поздно уже.
-Это похоже на заботу.
-Так и есть Алис, я все равно люблю тебя. Просто ты не понимаешь.
Она хотела много сказать, но это лучше не сейчас и не здесь. Главное сейчас придти домой, к бабушке.
Егор снял, с себя бомбер и накинул ей на плечи. Обняв девочку рукой, они вышли из комнаты.
Они подошли к машине, ключи от которой, злобно кинул Вадим, еще в квартире, брату. Ее трясло, когда стали выходить из дома. Для девочки, это было похоже на освобождение. Несколько дней, но чувство неволи, сильно засело в ней.
Спускаясь в низ по лестнице, Алиса делала глубокие вздохи, пытаясь насладиться тем, что этот момент реален. Егор отпускает ее.
Она заметила, что боль в душе и теле, стала меньше, чем в первые часы после пробуждения, осталось странное чувство. Девочка пыталась понять, как оно называется, ведь до этого она не испытывала его.
Из раздумий, ее оглушительно отвлек, резкий хлопок закрывшейся в машине, двери. Сколько они ехали по городу, Алиса не знала. Главное она едет, не увидит этого мерзкого Вадима.. и Егора, который ее предал.
-Алис.- Он обратился к ней, очень осторожно, когда уже подъехали к дому.
-Давай не будем сейчас говорить.
-Я хочу поговорить. Давай мы распишемся?
Она резко повернулась к нему. Ей хотелось посмотреть в его глаза, которые причиняли боль.
-Егор, ты серьезно? Ты изнасиловал меня! Для тебя это нормально?
-Нет!
-Я ненавижу тебя! Я не хочу тебя видеть и знать. Как? Как мне ходить теперь в школу и видеть тебя там? Делать вид, что ты не избил, не унизил? Что я скажу бабушке? Как мне смотреть ей в глаза?
Из глаз текли слезы, боль, которая была комом в горле, просилась наружу. Только сейчас, она осознала чувство, которое засело в ней, неведомой диковинкой. Алиса, чувствовала себя …грязной. Ее тошнило, хотелось помыться, убежать от всего, от него, из этой машины, из этого города, с этой планеты.
-Алис, я не насильник. Я думал, что у нас больше чем дружба, что нам уже пора становится ближе, - он протянул к ней руку, но убрал и продолжил – Бабушка все поймет, я приду завтра и попрошу твоей руки. Моя мама, будет только рада.