—Я ведь даже не знаю твоего имени, – растекаюсь на его каменной груди, пальцами поглаживаю его склонившуюся голову.
—Что это меняет? – снося меня своими чуткими губами, ласкающие моё плечо. Зубами он поддевает бретельку топа, бороздя колючей щетиной по коже скидывая вниз.
Обхватывает мою обнаженную грудь, между пальцами пощипывает напряженные соски, оттягивая и вновь сжимая, пронзая невидимой стрелой, бьющей точно в цель. Вздрагиваю. Поворачиваю голову в сторону, не подвижно лежащего, Олега.
—Он на пару часов в отрубе, забудь про него. Или он важен для тебя? – временно замирает, ожидая моего ответа, от которого будет зависеть его последующие действия. Но я уже не хочу отпускать его! Обратной дороги нет.
—Нет.
—Тогда скажи!.....Скажи, что хочешь меня! Это сейчас главное, – оживает, окутывая своим мягким шепотом.
Все его движения невероятно нежны, но в тоже время уверены, властны и настойчивы, ядовитой сладостью проникают в каждую клеточку, обезоруживая меня, раскрепощая. Низкий голос обволакивает пробуждая во мне порочное безумие. Он как будто считывает все мои желания, раскрывает меня, искусно играя на струнах моего возбуждения, заглядывая в самые потаенные уголки души. Так легко, невесомо, но жадно и неистово. Пальцами играет с моими мокрыми лепестками, обводя, углубляясь до щелки, дразня, пытая меня, возвращаясь к лобку.
Да плевать!!! На все плевать!!! Хочу, хочу его...этого незнакомца, во всех смыслах этого слово, не зная его имени, внешности, ничего! И пусть на утро мне будет невыносимо стыдно за себя, а сейчас пошло все к черту! Я имею право на временное и истинное, пошлое безрассудство, хоть раз в жизни испытать, перейти эту грань, где стирается разум и животная похоть выходит на первый план.
—Хочу, – сглатываю слюну желания, прогибаясь в спине, разрешая ему брать меня, – хочу тебя!
Без лишних слов, приспускает с меня брюки...оттягивает полоску стрингов упираясь гладкой шляпкой в мои мокрые складочки. Дрожу в его объятиях, но теперь от нахлынувшей алчной потребности.
Проводит твердым горячим органом по моей влажности, медленно исследуя, раздвигая и с напором входит в меня.
Вскрикиваю от упорного скольжения в моё лоно, впиваюсь руками в перекладину. Тело напрягается. Острое приятное покалывание раскатом бьет внизу живота, разжигая огонь.
Медленно покачивая бедрами входит глубоко и мягко, раздвигая мои стенки своим большим размером, бережно окутывая в своих руках.
—Тебе хорошо, моя птичка?! – шепчет, лаская мои груди, углубляясь в меня еще и еще, ускоряясь, меняя угол скольжения. Я почти задыхаюсь, когда он входит в меня снизу вверх, углубляясь до упора, шумно втягивая воздух у моего уха.
—Да, еще...пожалуйста...не останавливайся, – стону, убираю его руку с моей груди и бессовестно начинаю обсасывать пальцы, легонько прикусывая, утопая в острых ощущениях, под его возбужденное урчание.
Этот секс не похож на прошлый раз, он во много раз чувственнее, словно мы одни во вселенной. Движения наши заточены под друг друга, идя на встречу, отзываясь в каждом толчке, в каждой вибрации, сливаясь в единое целое.
—Не буду!!! – грубо врезаясь в меня, берется двумя руками за мою попку, уже не так бережно, двигая к себе на встречу, — твою ж мааать, – грубо шипит, останавливается, заставляя меня выгибаться дугой. Хрипло стону, кусаю губы, слыша приближающиеся голоса.
—Сука! – раздраженно и хлёстко выплёскивает, руками перемещается на талию не выходя из меня, грудью прижимается к моей спине, – Карин, там люди, сейчас пройдут.
Но охватившее меня безумие уже требует продолжения и я вжимаюсь попкой, отчаянно продолжаю ерзать, сжимать его орган в себе, выбивая из себя искры экстаза.
—Погоди ты, – усмехается, тело его напрягается, со скрипом шпилек он сдвигает мои ноги. Пытается укрыть мою наготу своим огромным телом.
Голоса все отчетливее, улавливаю английскую речь мужчины и женщины. Но это меня уже не тормозит.
Я продолжаю незаметно насаживаться на его ствол, стону в пол голоса, головой прижимаясь к крепким плечам, утопая в его мускулистых руках.
—Хулиганка....по тише, сладкая, – вибрирует в смехе, не двигаясь целует мои плечи, стараясь утихомирить моё буйствующее состояние. Его дыхание обжигает. Глухой ритмичный звук сердца подталкивает к краю пропасти.
Он кладет руки на поручни, закрывая своим массивным телом меня, ту, что извивается под ним, капризно требует порцию ласки.