—Привет, — равнодушно пожимаю плечами.
—Wooow, dem! (ничего себе), – глаза, цвета лазурита его вспыхивают, на лице плывет нескрываемый восторг, – Hot Russian pussy? ( Горячая Русская киска?) – надвигается к моему лицу, обдувая тошнотворным спиртным угаром.
—No (нет), – с отвращением отсраняюсь, – cold Russian bitch (холодная Русская сука), – отмахиваюсь, отворачиваюсь, ставя точку в диалоге.
—Oh my God it's hot! (О Боже, какая горячая), – восклицает, к моему сожалению и не собираясь отчаливать.
В следующую секунду ощущаю прикосновение ладони на своей оголенной лопатке.
—Да отвали уже, — дернув плечами, не оборачиваясь скидываю чужую руку, отхожу на шаг. К моему приятному удивлению более его голоса я не слышу. Удовлетворенно выдыхаю, стучу ноготками по мраморной поверхности в ожидании своего заказа.
С дуновением прохладного воздуха из кондиционера, установленного над стойкой, вдыхаю незнакомый пленительный мужской аромат. Океан. Цитрус.
«У кого-то не плохой вкус!», – анализируя, улыбаюсь самой себе. Обожаю свежие ароматы на мужчинах.
Под давлением танцующей толпы меня подпирают сзади, вжимая вплотную к лаковой стойке. Не удивительно и я уже даже привыкла к скоплению людей. Спокойно стою зажатая неизвестным огромным телом сзади, в ожидании скорейшей свободы, наблюдаю за стремительными действиями барменов.
—Сладкая, хочу тебя попробовать, – нереально, плавящий мой слух, вибрирующий баритон и легкое влажное прикосновение на моей шее. Губы? Не, определенно, язык!
—Чего?! – вспыхиваю от такой дерзости, вздрогнув от пронзающих мурашек, что молнией проносятся по рукам, колко разбегаясь по всему телу.
Резко оборачиваюсь, в поисках удивительно наглого храбреца. Передо мной порхающие танцующие парочки, подвыпившие парни, занятые своим обществом, явно не обращающих на меня внимания.
Безуспешно цепляю всех подозрительным взглядом. Ровным счетом ничего мнительного и необычного.
Бармен ставит мой заказ пока я вглядываюсь в толпу под яркими софитами, проводя ладонью по шее, стирая дорожку чужих слюней.
Хватаю свой бокал, осторожно пробираюсь сквозь толпу внимательно сканируя публику.
Плюхаюсь на удобный диванчик к, звонко смеющимся, девчонкам. Окидываю взглядом полный стол различных изысканных закусок, десертов, дорогого алкоголя. Машка, описывает нового подцепленного ей иностранца, очень щедрого, но стремительно стареющего с блестящей лысиной низкорослого мужичка.
Я медленно тяну свой безалкогольный, смакуя привкус папайя и ананаса, слушая восторженные возгласы довольной подруги.
—Кари, побежали танцевать! – резко вскочив, утягивая меня на танцпол.
—Я позже присоединюсь, — в попытках перекричать громкую музыку, чувствуя легкое головокружение, видимо день под палящим солнцем забрал мои силы.
—Пошли, я с тобой, – неожиданно поднимается Лизка, игриво подмигивая подруге, хватая за острый локоток.
Подруги устремились в глубь толпы, утопая в танцах.
Откинувшись на спинку дивана, вытираю проступившие испарины со лба, прикасаюсь ладонью к мокрым ключицам, поднимаю голову над собой, удивленно уставившись на работающий кондиционер, из которого бьет холодный воздух, теребя мои волосы, но нисколько не охлаждая мое тело.
Устремляю взгляд в глубь зала на расплывающиеся подвижные фигуры, которые не в силах разглядеть. Дернув головой напряженно всматриваюсь в яркие прыгающие пятна вместо людей, пляшущие тени в полумраке. Музыка смешивается с посторонними звуками, создавая впечатление неприятной мышиной возни. Слишком громко! Режет слух!
—Да, что за? – чертыхаюсь, опустив голову прикрываю глаза от крутящегося вертолета.
По телу проносится невероятная волна блаженства, поднимая градус моего горячего тела, рецепторы накаляются до предела. Глубоко протяжно вдыхаю и окунаюсь в холодный бодрящий поток воздуха, исходящего из кондиционера, утопая в приятных нотках освежающей прохлады. В глазах двоится, непонятное и незнакомое, но приятное покалывание в теле, уходящее к низу живота.
Облизываю вспухшие губы и понимаю, что возбуждением буквально долбит все мое тело. Соски болезненно встревожены, а трусики врезаются в промежность создавая умопомрачительное трение чувствительной точки.
«Я, что так напилась? От пары бокалов вина?» — прикрыв уставшие веки, качаюсь в непонятном парящем состоянии, бедрами делаю поступательные движения ощущая каждый дюйм взволнованного тела.