Луи, облокотившись одной рукой в матрас, другой рукой сжимает мою вторую грудь, пальцами дразня сосок.
А у меня почти искры летят из глаз от такого удовольствия. Кажется, я сейчас точно задохнусь, потому что мне на самом деле не хватает воздуха. Я и не знала, что ласкание груди может быть настолько приятным и уносящим. Так, что между ног становится невыносимо влажно, а узел внизу живота требует немедленной развязки.
- Кажется, в доме твоей матери тебе все понравилось, да? - Подняв голову, Луи заглядывает хищными глазами в мои.
- Да. - Тяжело сглатываю, потому что пальцы Луи все ещё играют с моей грудью.
- Попробуем сделать ещё кое-что. - Ухмыляясь, Луи оставляет на моей щеке поцелуй, а затем вновь отстраняется и спускается немного ниже, чтобы снять с меня шорты и трусы.
Я безумно желаю сжать ноги, но больше всего хочу просто кончить. Во мне все пылает, а возбужденный вид Луи удваивает это чувство.
Пошире раздвинув мои бёдра, Луи наклоняется и вновь начинает целовать мой втянутый живот, но затем переходит ниже, от чего в моих глазах почти все темнеет от удовольствия.
- Луи. - Протяжно стону я, чувствуя горячий язык на всех правильных местах. Моя спина выгибается, а рука машинально зарывается в волосы Томлинсона.
То ли хныки, то ли стоны срываются с губ - я уже не разбираюсь. Мне просто дико хорошо ощущать язык Луи на себе. Хорошо настолько высоко, что я оттягиваю волосы Томлинсона, сама не зная, откуда во мне столько силы.
Моё тело начинает дрожать ещё сильнее, пальцы на ногах сжимаются, когда я понимаю, что подхожу к оргазму.
А Луи продолжает свои действия, одной рукой поглаживая мой бок.
Я на самом деле хнычу, но когда Томлинсон вводит в меня палец я практически сразу распадаюсь на тысячи частиц. Я кончаю с громким стоном, одной рукой сжимая простынь, а второй - волосы Луи. Боже мой.
Томлинсон даже не даёт мне отдышаться, а лишь вновь поднимается поцелуями к моей груди.
- Это было.. - Размыкаю пересохшие, искусанные губы.
- Тише. - Поднявшись, Луи целует моё лицо, а затем губы.
- Я думала, - Сглатываю, смотря в голодные глаза. - что ты не такой нежный во время секса.
- Ну, - Что-то тёмное проскальзывает в хитрых глазах. - я же не настолько ублюдок, чтобы сразу делать с тобой всё, что я хочу.
- В смысле? - Выдыхаю, обнимая Луи за плечи.
- Привыкни. - На ухо шепчет он, прикусывая мою шею.
Я тяжело сглатываю, не в состоянии нормализовать учащенное дыхание. Луи ещё некоторое время ласкает меня, вновь возбуждая.
А затем он, встав с кровати, снимает с себя пижамные штаны, а затем трусы. Я очень тяжело сглатываю, но не от страха, а от этого прекрасного, черт возьми, вида. Боже мой, с ума сойти можно.
Моё дыхание перехватывает ещё сильнее, когда Луи достаёт презерватив из тумбочки. Моё поддталивое тело, которое уже изнывало без ощущения Луи надо мной, теперь разжигается с двойной силой.
* * *
Мои веки прикрыты, а дыхание потихоньку приходит в норму. Голова покоится на подтянутой груди Луи. Во мне нет сил даже для того, чтобы встать и одеться. Моё тело кажется мне таким мягким.
Большая ладонь Луи поглаживает моё голое плечо, а я слушаю его равномерное сердцебиение. Мне спокойно в этих объятиях.
- Ты голодна? - Сквозь умиротворенную тишину слышится хриплый голос.
- Нет. - Провожу языком по нижней губе. - Сразу говорю, что со мной все очень даже хорошо.
Смешок слетает с губ Луи, а я мягко улыбаюсь, не открывая глаза.
- Луи? - Тихо зову я.
- Мм?
- Что значат твои татуировки?
- Странный вопрос в данной ситуации.
- Не странный. - Медленно открываю глаза. - Мне просто на самом деле интересно узнать их историю.
- Если честно, то истории то никакой особой нет. - Спокойно говорит Луи, продолжая поглаживать меня. - Я часто делаю татуировки спонтанно.
- Вот это да. - Слабо усмехаюсь. - Я то думала, что все твои татуировки что-то значат. Какой-нибудь этап твоей жизни.
- Ну, - Протягивает Луи. - некоторые из них.
- Расскажи. - Мягко требую я.
- Например, стрела на моей руке отражает трудности, которые человек преодолевает в своей жизни. - Почти без эмоций проговаривает Луи. - Татуировка «Семьдесят восемь».. это был номер дома моих бабушки и дедушки.
- Ты их очень любил. - Тихо говорю я, слушая лёгкую боль в хриплом голосе.
- Да. - Почти беззвучно отвечает он, а я сильнее прижимаюсь к нему.
- Расскажи мне ещё. - Прошу я.
Мне правда интересно послушать о его татуировках, немного узнать о его жизни, но больше всего мне просто нравится слушать его хриплый голос, чувствовать вибрацию в его груди. Это дарит состояние спокойствия.