- Луи. - Слезы в уголках глаз собираются. - Я же..
Не договариваю, тёплые губы касаются моих. И все вокруг замирает. Такой нежный поцелуй, трепетный, ласкающий. Я утопаю, чувствуя, что слезы скатываются по вискам.
- И я тебя люблю. - На выдохе отвечает Луи, пальцем касаясь контура губ. - Очень люблю, Джейн. Слышишь?
Я медленно киваю, не в силах что-либо ответить. Лишь слабая улыбка украшает лицо.
- И.. прости меня, милая, прости. - Продолжает шептать Луи, моё лицо покрывая поцелуями. - Прошу тебя. Я самый настоящий ублюдок. Но я..
- Тише. - Осипшим голосом говорю я. - Тише, Луи.
- Если бы я тебя потерял. - Голос его мрачнеет. - Никогда, слышишь, никогда больше не смей своей жизнью ради меня рисковать. Ты поняла? Никогда. В. Этой. Жизни. Не смей, Джейн.
- Луи..
- Джейн, молчи. Сейчас молчи и слушай. - Перебивает Луи. - Это я идиот, я виноват перед тобой. Очень виноват. Когда ты на моих руках кровью истекала.. когда я думал, что потерял тебя.. - Луи шумно выдыхает, горячим дыханием холодную кожу опаляя. - Понял, что я жизни без тебя не вижу. Прости, слышишь? За предательство, за слезы, за истрепанные нервы. Наверное, я все таки тебя не заслуживаю. Но прощения простить не перестану.
- Ох, Луи. - Всхлипываю я. - Неужели все это должно было произойти, чтобы.. чтобы мы наконец помирились?
- Дочку мне родишь? - Спустя несколько секунд молчания спрашивает Луи, а с моих губ слетает слезливый смешок. - Ну чего ты? Ты спрашивала тогда, в квартире. Уже тогда готов был, но с другой стороны гордость, злость не позволяла. Теперь понимаю, что дурак.
- Я не хочу больше говорить об этом. - Одними губами произношу я. Сглатываю неприятный ком воспоминаний. - Я не о дочке, а той херне, что происходила.
- Значит, дочку мне все таки родишь? - Луи довольно ухмыляется.
- Рожу. - Мягко улыбаюсь, чувствуя облегчение. - Обязательно рожу.
Луи наклоняется ниже, вновь целует. Так чувственно, нежно. Слишком приятно и сладко. А я вдыхаю родной запах, не могу насладиться до конца. Укусить его хочу, обнять, прижать. Растерзать в своих объятиях и больше никогда не отпускать.
Эпилог.
Десять лет спустя.
- Нет, я так и не пойму, какое лучше. - Глубоко выдохнув, я прикладываю два разных платья по очереди к телу. Уже который раз? Десятый, наверное. - Бирюзовое или розовое?
- Хоть и розовый твой цвет, но бирюзовое мне больше по фасону нравится. - Отвечает Алиса по ту сторону экрана, закидывая в рот очередную ягоду клубники.
- Я тебя напрягаю, да? - Мягко усмехаюсь, рассматривая её большой живот. - Тебе бы просто лежать на сносях, а не смотреть на показ мод.
- И так лежу. - Алиса цокает, закатывая глаза. - И я с тобой готова хоть часами обсуждать всякую всячину, ты же знаешь меня.
Мягко улыбнувшись, я киваю, затем откладываю оба платья на спинку дивана. Присаживаюсь за стол, подтягивая ноутбук ближе.
- Знаешь, если Лиам не перестанет жениться, то я на следующую его свадьбу просто не пойду. - Фыркаю я, притягивая свою чашку с чаем. Алиса лишь посмеивается, надкусывая очередную ягоду. - Нет, правда. И было бы легче, если бы невеста определила цвет платья.
- Какой это раз уже? - Подруга закатывает глаза, откидывая светлые локоны за плечи. Беременность ей только к лицу. И то, что она уже очень много лет не перекрашивает свои светло-русые волосы, ей только добавляет сказочности к красоте.
- Четвёртый. - Бурчу я, делая глоток чая. - Нет, серьёзно, это нормально? Почти каждый год свадьба. И ведь не жалеет денег. В каждую вкладывается, словно в первый раз женится.
Алиса вновь смеётся, начиная поглаживать внушительный живот, который так и лезет в экран. Я улыбаюсь. Не могу не улыбаться, когда смотрю на счастливую подругу.
- Луи сначала шутил, что член Лиама не любит быть в одном месте долгое время. - Хмыкаю я, усмехаясь. - Но теперь кажется, что это не шутка.
Алиса смеётся громче, а я делаю очередной глоток тёплого чая. Замолкаю, когда подруга чуть опускает экран так, что теперь я вижу исключительно её беременный живот. Она что-то отвечает на неуверенном норвежском, затем вновь поднимает экран и тяжело вздыхает.
- Ты чего?
- Домработница. - Алиса отмахивается. - На обед звала. Не могу я нормально с ней разговаривать. Половину слов до сих пор не понимаю.
- Она ведь умеет на английском говорить.
- Умеет. - Подруга поджимает губы, затем откладывает контейнер с ягодами и ерзает, чтобы устроиться поудобнее. - Только Асманд ей запрещает. Специально, чтобы я норвежский подтянула. А оно мне сейчас надо? Я в словах путаюсь уже, психовать начинаю. А мне нельзя.
Я слабо усмехаюсь, покачивая головой. Как бы не ругала Алиса своего мужа, она его слишком любит. Да и он её. Души в ней не чает.