Ласковые слова согревают не хуже костра, и напарник всегда чувствовал, когда мне особенно нужно их услышать.
Надо сказать, Винс узнал мое приютское прозвище совершенно случайно – тогда мы с ним только познакомились и едва успели начать нашу совместную кочевую жизнь. На одном из трактов нам встретился один из моих приютских мучителей – жирный и наглый боров. В детстве я была уверена, что главное его предназначение – мучить других людей. Особенно тех, кто слабее.
Увидев свою приютскую куклу для битья у входа в конюшню, Пайк – так его звали – тут же швырнул меня на землю и даже успел пару раз ударить ногой под ребра.
- Что, Птичка, рада меня видеть? Может, споешь свою любимую песенку? – заржал урод, передразнивая. – «Не надо, мне больно!»
- Это ты сейчас у меня запоешь! – спокойно объявил Винс, вышедший из конюшни, куда он отводил нашу старую клячу. Ему тогда шел семнадцатый год.
Слово свое друг сдержал. Жирный Пайк валялся в придорожной канаве и скулил от боли, баюкая сломанную в двух местах правую руку.
С тех пор Винс стал называть меня Птичкой. Сначала я злилась на него, не понимая, зачем он это делает. Ведь прозвище напоминало мне только о плохом: о жизни в приюте, об издевательствах и мучениях.
Но время шло, и чем чаще я слышала «Птичка», произнесенное ласковым голосом друга, тем быстрее забывалось все плохое.
Я свернулась калачиком в теплых объятиях, закрыла глаза и уснула.
Глава 12. Странный Винс
Утро выдалось недоброе – около пяти утра зарядил мелкий тоскливый дождик. Хотя одеяло, зачарованное от промокания, и осталось сухим, приятного все равно было мало: одежда стала неприятно влажной и липла к телу, волосы и вовсе начали завиваться. На голове, должно быть, образовалось настоящее воронье гнездо, но тратить магию на прическу я все равно не собиралась. Чай, не фифа какая-нибудь городская! В лесах и так сойдет.
Кое-как убирая волосы в высокий хвост, я поежилась и чихнула.
- Надо было натянуть тент, – пробурчал Винс, сворачивая наш небольшой лагерь.
- В следующий раз – обязательно, – пообещала я. Около секунды мы молча пялились друг на друга, а затем дружно расхохотались.
Зря говорят, что одна и та же шутка не может быть смешной два раза. Конкретно эта жила с нами уже пять лет, и каждый раз было смешно, как в первый.
А все дело в том, что купили мы этот чертов тент со своего первого… скажем так – заработка. Так вот, купить-то купили, но так ни разу им и не воспользовались! То усталость валит с ног, то в сон клонит, то деревьев подходящих поблизости нет. А чаще всего – просто лень.
Винс честно пытался переломить ситуацию, даже инструкцию на длинном свитке прочитал, но увы!
Так фраза «после того, как тент натянем» стала для нас синонимом выражений «когда рак на горе свистнет» или «после дождичка в четверг». И если последнего еще можно было дождаться, то тент…
Отсмеявшись, мы живо дособирали вещи и вскочили на своих не слишком расторопных лошадей. Напарник придержал Ветку за поводья, когда я уже выезжала с поляны.
- Алька, что ты решила?
Я улыбнулась через плечо:
- Всегда хотела увидеть море!
Винс сверкнул белозубой улыбкой мне в ответ, сжал коленями своего коня и рванул напролом через лес. Я последовала за ним. Надо сказать, у меня никогда не было страха, что мы заблудимся. Это до сих пор кажется странным, но напарник всегда точно знал, куда надо ехать, чтобы попасть на нужную дорогу.
- Не отставай, Птичка! А то всю дорогу пыль глотать будешь!
Я сжала пятками бока Ветки. Догнать и перегнать – это теперь дело чести!
Конечно, я догнала друга. И, конечно, только потому, что он поддался.
Несколько дней пути пролетели незаметно. Мы скакали сквозь редкий лес, изредка выезжая на узкие тропинки и делая привалы лишь для того, чтобы немного отдохнуть и пополнить запасы воды.
А на третий день пути даже решились развести огонь на месте ночевки. Ночь обещала быть холодной, да и надоело жевать холодное вяленое мясо. Организм требовал горячей еды!
- Алька, слушай… - позвал Винс, мешая старой погнутой ложкой варево в котелке. Сегодня была его очередь готовить, и на многое я не рассчитывала – повар из парня был никудышный.
- Чего тебе? – зевнула в ладошку. – Ты лучше от готовки не отвлекайся. Я уже спать хочу, а у меня в животе до сих пор пусто!
- Почти готово, – друг зачерпнул похлебку, отхлебнул и даже не поморщился, как обычно.
- Неужели наконец-то вкусно? – воскликнула я с притворным удивлением. – Слава всем богам!