- Хорошо, я останусь! – Винсент доел мясное рагу и бросил ложку на стол. На громкий звук тут же обернулись все братья Ордена, но парня это ни капли не смутило. Наоборот, он с вызовом обвел глазами зал, и под его взглядом мужчины отворачивались и опускали головы. Кажется, он испытывал жгучую неприязнь не только к Дамиану.
- Но у меня тоже есть условие, – обратился он к последнему, – я хочу провести этот месяц наедине с Алексией. Только я и она. Я видел в соседней роще небольшой коттедж и знаю, что он принадлежит Ордену и сейчас как раз пустует.
Дамиан не раздумывал ни секунды:
- Это невозможно!
- Пусть будет так, – глава Ордена, неприметный старичок с блестящей круглой лысиной на макушке, даже не оторвал взгляд от миски, – я дозволяю.
Моему наставнику не оставалось ничего другого, кроме как смиренно принять решение главы. Я знала, что Дамиан в бешенстве – это было видно по раздувающимся ноздрям и по напряженным губам, превратившимся в тонкую линию.
Моего мнения не спросили, будто бы это подразумевалось само собой – что я мечтаю провести месяц, живя в домике лесника наедине с чужим для меня мужчиной.
Я уже хотела открыть рот, чтобы выразить свое возмущение и несогласие, но внезапно наткнулась на неожиданно теплый взгляд Винсента.
- Пожалуйста, Птичка, – с легкостью прочла я по губам, будто уже много раз делала это раньше. – Соглашайся!
Странное дело, но желание возмущаться после этого куда-то испарилось.
После обеда Дамиан отвел меня в сторонку и шепнул:
- Алька, если что – сразу же зови меня. Знаешь, что нужно делать?
Я коротко кивнула, погруженная в свои мысли.
В моей жизни в последние полгода происходило нечто настолько странное, что я уже просто устала удивляться.
Никакого страха перед предстоящим совместным проживанием я не испытывала. Более того, внутри жила твердая уверенность: этот парень меня не обидит.
Подумаешь, пожить какой-то жалкий месяц с этим самым Винсентом! Да если я захочу, он сам от меня сбежит.
- Дамиан, зайди ко мне в кабинет, – отдал короткий приказ глава Ордена, проходя мимо. – Есть новости.
В другое время я бы уже вовсю прикидывала, как мне подслушать эти самые новости, которые наверняка касались таинственной «её», что они разыскивали, но сейчас мне было не до того. Да и, честно говоря, раньше мне просто было скучно, вот я и придумывала себе приключения. Ни капли не удивлюсь, если окажется, что Дамиан знал о моих проделках, и они его забавляли.
Сейчас же наставник хмурился, будто раздумывая, не стоит ли оспорить этот приказ? В конце концов, решение было принято: он коротко кивнул Винсенту, прислонившемуся в ожидании к стене, бросил на меня предостерегающий взгляд и пообещал:
- Коттедж будет полностью готов для проживания через пару часов. Пока можешь провести своему другу небольшую экскурсию по особняку и собрать вещи.
И ушел. А мы с Винсом – я пыталась приучить себя называть его именно так, потому что он сам об этом попросил, – остались один на один. Я провожала взглядом спину Дамиана, пока он удалялся по коридору от столовой, и ощущала, как на меня накатывает лихорадочное волнение.
- Давай начнем с твоей комнаты, – предложил парень, будто не замечая моего состояния, – мне дико интересно посмотреть, где ты жила последние полгода.
Я пожала плечами и пошагала к лестнице. Внешне я, должно быть, выглядела беспечно, но в голове у меня кружили чайками тревожные мысли: насколько сильный беспорядок я развела сегодня утром в своей комнате? Убрала ли обратно в шкаф рассыпанное по кровати нижнее белье? Спрятала ли личный дневник в ящик прикроватной тумбочки или оставила на ней раскрытым?
Обитая в особняке, я привыкла, что никто не заходит в мою комнату, и поэтому совершенно не беспокоилась из-за подобных вещей. Интересно, будет ли приличным попросить Винса подождать за дверью, пока я все приберу?..
К счастью, мучившая меня проблема решилась сама собой: перед моей комнатой парень притормозил, выглянул в выходящее на вересковую пустошь окно и махнул мне рукой – мол, иди вперед, я догоню. Наверное, захотел полюбоваться открывающимся видом – тот и вправду был впечатляющ.
За одну секунду я схватила в охапку вещи с кровати и стула, за одну – запихнула их в шкаф, еще одна секунду потребовалась мне, чтобы скинуть дневник в ящик и задвинуть его.
Но оказалось, что подобной спешки вовсе не требовалось. Я успела разгладить покрывало на кровати, аккуратно раздвинуть белые занавески в мелкий желтый цветочек – мой личный выбор, который приводил Дамиана в ужас – и выровнять единственную картину на стене, прежде чем в дверь постучали.