Настало время раскрыть карты. С легким сожалением я покинула уютные объятия друга и принялась шарить в потайном кармане своей практически бездонной сумки.
Через минуту, на всякий случай смущенно потупив взгляд, я явила свету тонкую потрепанную книжицу. Винс присвистнул:
- Беру свои слова назад. Ты все еще способна меня удивить!
Почему-то захотелось оправдаться.
- Да она такая пыльная была, я потом полдня чихала! Не нужна она никому, Глава ее даже не хватился! И вообще, я ее не украла, а просто…
- Одолжила на неопределенный срок, – закончил за меня Винс, и мы дружно расхохотались.
С этим смехом уходило все напряжение последнего дня, рассеивались как дым сомнения, но главное – крепла уверенность в своих силах.
Дамиан был по-прежнему очень плох. Более того – я видела, что ему становится все хуже. Еще вчера полный сил мужчина уже даже не метался в бреду, как ночью, а просто лежал на кровати неподвижно. Лишь легкое подрагивание ресниц да тонкая нитка пульса под пальцами говорили о том, что он все еще жив и борется. Мазь, за которую я в свое время отдала несколько золотых, и которая после встречи с волкодлаками быстро поставила на ноги Винса, в этот раз почему-то не сработала. То ли срок действия наложенного заклинания истек, то ли для получения требуемого эффекта нужно было накладывать большее количество этой самой мази. Вот только я и так соскребла со дна банки все остатки.
- Ждать больше нельзя.
Винс кивнул, признавая мою правоту. Развернул меня к себе, наклонился ближе, глаза в глаза – он делал так всегда, когда хотел, чтобы я его точно услышала.
- Алька, что бы ни случилось – твоей вины здесь нет. Это не ты ранила Дамиана. Зато именно ты готова сделать все возможное и невозможное для его спасения. Именно ты готова поделиться с ним своей жизненной энергией. А последствия, какими бы они не были, мы примем вместе.
Я прильнула к широкой груди любимого мужчины, пытаясь зарядиться его уверенностью и напитаться душевным теплом.
- Я знаю.
Друзья, к сожалению, выкладывать главы некоторе время буду реже. Но постараюсь сохранить регулярность!
Глава 37. Ритуал
- Ты уверена, что этот нож подойдет?
Сомнение в голосе Винса только усилило мою лихорадочную нервозность.
- А есть другой? – огрызнулась, тут же пожалев об этом. – Прости.
Ритуал передачи жизненной силы был прост, как пять копеек. Произнести заклинание, разрезать свою ладонь и дать Дамиану выпить несколько капель крови.
Вот только сначала нужно было на это решиться. Если б только знать точно, что мы и правда родные брат и сестра!..
Рывок – и я снова в воспоминании из прошлого. Мальчик-подросток – аккуратно подстриженные темные волосы, дорогая одежда, длинные ловкие пальцы, – завязывает шнурок на моем розовом ботиночке, не забывая ласково журить меня за рассеянность.
- Сестренка, ну ты что! Нужно было сразу сказать мне, что шнурок развязался. Так ведь и упасть можно!
Я киваю, пребывая в уверенности, что старший брат не сердится на меня всерьез. Он вообще никогда на меня не сердится!
Мальчик поднимает голову и смотрит на меня до боли знакомыми ласковыми серыми глазами.
- Винс, начинаем, – я мгновенно стряхнула с себя оцепенение. Медлить дальше было нельзя.
Напарник, как и всегда, стал моей поддержкой в трудную минуту. Он держал передо мной книгу с текстом заклинания, хотя можно было обойтись и без этого – слова буквально врезались в мою память. Едва последнее слово было произнесено, Винс вложил мне в ладонь тщательно наточенный его умелыми руками нож. «Чтобы было не так больно», – сказал друг, в последний раз проверяя остроту лезвия ногтем.
Ни сомнений, ни страха, ни сожалений. Один резкий взмах – и на моей ладони открывается рана. Она глубже, чем я планировала, и очень болезненно пульсирует, но я отлично умею терпеть боль.
Алые капли одна за другой капают на бледные губы Дамиана.
Я застываю в ожидании, не в силах сделать вздох или хотя бы зажать рану на руке.
Винс стоит напротив и молчит. Его напряжение читается в каждой черте: в сжатых в тонкую линию губах, в угрюмо сведенных бровях, в скованной позе.
Время становится вязким и густым, словно деревенский мед или свежая смола. Я ощущаю, как медленно капает кровь из раненой ладони, и полет каждой капли длится сотни лет.
Не знаю, сколько на самом деле прошло времени, но в какой-то момент мир вокруг словно отмер – завертелся юлой, засиял яркими красками, зазвучал голосами птиц.