Колдун ушел с кухни и сидел на веранде с яблоком. Посаженные Робином растения стремительно вытянулись, выпустили листья и со дня на день готовы были зацвести. И тут не обошлось без магии! Я с недовольством отметила, что Джей съел больше, чем обычно, и мне осталось гораздо меньше еды, хотя Лора и так готовила с запасом. Пришлось в дополнение сооружать себе бутерброд. Я сложила все на большую тарелку и ушла есть в комнату. Вопреки ожиданиям, с появлением Лоры я стала чувствовать себя в доме колдуна гораздо неуютнее.
Пропасть между мной и Джеем росла. Раньше я была экзотическим сувениром из мира, где он провел тринадцать лет, бесполезный магнитик, который вчерашний турист пытается пристроить то на холодильник, то на стиральную машину, а то и просто убрать в стол. Теперь появилось четкое разделение: он – хозяин, я – прислуга. Он отдает приказ, я выполняю.
Я сидела на кухне за столом, точнее, почти лежала, подперев голову рукой, и наблюдала, как золотоволосая фея впервые самостоятельно колдует над кофе. Несмотря ни на что, я была рада появлению Лоры. Колдун стал есть человеческие порции еды, и готовить нужно было больше. Нельзя было не отметить, что и выглядел он лучше – кожа перестала напоминать пергамент, посветлели тени вокруг глаз, а волосы стали мягче и приобрели блеск. К тому же он прибавил в весе и стал меньше сутулиться. Я вспомнила, как представляла на моем месте Алину, которая быстро откормила бы его в толстячка. Интересно, за какое время с этим справится Лора?
Лора сосредоточенно помешивала кофе в турке ложкой, хотя я сказала, что этого делать не нужно. Но кто же будет слушать неумеху Екатерину, которой нельзя даже поручить приготовление яичницы! Я была не в настроении. Поход в город сегодня не задался. Возможно, жители были недовольны из-за налетевшего холодного ветра и того, что лето никак не хотело наступать, но я склонялась к менее романтичной версии. Колдун начал с писем, адресованных тем, с кем он был в хороших отношениях в прошлом, а теперь настал черед менее приятных личностей.
С самого утра я нарвалась на костлявую мадам лет пятидесяти в оранжевой мантии и шароварах в мелкий цветочек, которая, только увидев подпись на конверте, смяла его в кулаке и свободной рукой прочертила сверху несколько линий. В тот же миг на землю посыпались тлеющие кусочки бумаги. Женщина тонким голосом прокричала: «Чтобы я тебя здесь больше не видела!» и захлопнула дверь. Я попятилась, а потом развернулась и поспешила прочь от этого дома.
Отбежав на безопасное расстояние, я прижалась к стене и успокоила сбившееся дыхание. Мне стоило великих трудов не расплакаться прямо на месте. Кто знает местные обычаи, может, тут принято убивать гонцов, приносящих плохие известия, и испепелять курьеров от несимпатичных колдунов! Следующие адресаты оказались не агрессивными, но и не слишком приветливыми.
В книжной лавке Рута непритворно удивился, когда я попросила экземпляр книги «Сказки трех сестер» и сборник детских стихов. Что это такого серьезного господина колдуна на глупые истории потянуло! Элла была рада меня видеть и сразу набросилась на мужа, что он категорически неправ, потому что в старых сказках можно найти упоминания о древней магии. Ведь все остальные источники Совет запретил. Оказалось, что Совет с момента разрушения мира начал охоту за сохранившимися книгами и до сих пор старательно отслеживает, не всплывут ли где-то дневники колдунов прошлого или переписанные от руки старые книги, и каждый год придумывает, что бы еще нового запретить. «Недолго им и до сказок добраться!» – пробурчал Рута.
– А ты, Рина, знаешь сказки трех сестер? – поинтересовалась Элла, наливая мне чай.
Три сестры, Илу, Инки и Итта, сидят в домике на болоте, ткут ковры и рассказывают друг другу сказки. Если заблудившийся путник будет хорошо себя вести, то его угостят чаем, который готовит Илу из крапивы и мха, и расскажут сказку, сюжет которой появится на новом ковре. А если путник придется сестрам не по душе, то они превратят его в лягушку. Впрочем, Итта и без причины может превратить незваного гостя в какую-нибудь болотную тварь. Инки самая добрая из сестер и провожает путника до края болот. Вообще-то даже сестры не знают, кто из них Илу, кто Инки, а кто Итта, ведь они каждый день меняются. Обычно никто не хочет быть Иттой, потому что она самая вредная. Кроме того, все, кто был на болотах, рассказывали разное – кто-то видел в домике трех уродливых старух, кто-то – трех молодых женщин, а кто-то вообще смешливых девчонок со светлыми волосами, отливающими болотной зеленью.