– Вот так и сказки, которые рассказывают три сестры, всегда о превращениях. Моя любимая – про мальчика-соловья, а у Руты – Сон о короле-лисе.
– Ничего подобного! – воскликнул Рута. – Во-первых, это вообще не сказка трех сестер, а во-вторых, король-лис – это в принципе не сказка!
– Король-лис – не сказка! – передразнила его Элла. – Ты еще скажи, что Лисий город существует!
– А то не существует, по-твоему? – взвился Рута. – Еще десяток лет запретов, и тень мира переведут в разряд сказок!
Я бы с радостью осталась и послушала забавные препирательства этой парочки, а еще лучше какие-нибудь из сказок трех сестер, но у меня оставалось еще одно письмо.
Особняк находился на той же стороне реки, что и дом колдуна, но выше по дороге, огибающей холм. Я еще не ходила так далеко от дома. Отсюда не было видно замка, а сегодняшний дикий ветер из долины гулял на полную, не ограниченный холмами, защищающими город. Его не останавливали те редкие деревья, что покрывали пологий склон. Я то и дело убирала волосы, но они все равно лезли в лицо, и получше заворачивалась в клетчатый шарф. Тут чувство вкуса подвело Алину – шарф не подходил вообще ни к чему из остальной одежды.
Здесь дома не были отделены друг от друга кустарником, только редкие кусты одиноко торчали среди аккуратно постриженных газонов. Нужный мне дом был большим, белым, с высокими окнами, чтобы не упустить ни один лучик света на западной стороне холма. К порогу вели крупные квадратные плиты.
Дверь открылась, не успела я постучать. Темноволосый мужчина с рыжей бородой взял конверт и со снисходительной улыбкой стал читать письмо. Наконец, он вложил его обратно в конверт, порвал надвое и протянул мне. Я потянула руку, и тут мужчина ловко схватил меня за запястье. Я дернулась, но он только сжал сильнее и повернул мою ладонью вверх.
– Клятва души… Или? – он осмотрел меня с ног до головы, я тяжело дышала и тянула руку на себя. – А ты даже и не отсюда.
Он взмахнул рукой у меня перед лицом и пробормотал:
– Магии не видно… Зачем же тогда?.. Ты вообще знаешь, с кем связалась? – он вдруг приблизил лицо к моему и зашептал: – Он снова нарвется, понимаешь? И уж на этот раз Совет не оставит ему лазейку. Думаешь, о тех, кто с ним раньше работал, Совет просто забыл? А с тобой что будет, подумала? Что он тебе пообещал?
Я попыталась вывернуться, но никак не получалось, и в отчаянии я сделала то единственное, что умела – представила между нами зеркало и еще раз как следует дернула рукой. Колдун разжал хватку, я тут же вырвалась и сломя голову побежала прямо по газону к дороге.
– О себе подумай, девчонка! – донеслось мне вслед, и я чуть не поскользнулась на траве.
И вот теперь я, положив голову на руку, наблюдала, как Лора варит кофе, и думала о себе, когда хлопнула входная дверь и на кухню заглянул Робин в полицейской форме. От неожиданности Лора резко повернулась и задела локтем турку, которая немедленно упала, залив плиту и пол и испачкав светло-синее платье девушки.
Я подскочила на стуле от сопровождавшего все это грохота. Ну надо же, не одна я, оказывается, умею проворачивать такие фокусы! Робин, чувствуя себя виноватым, собрался принести тряпку из кладовки, но я его опередила – нечего туда соваться всяким любопытным полицейским. Я нашла тряпку и заодно перевесила кеды в уголок, заново завязав узел на шнурках, как мне казалось, прочнее.
Лора уже мыла турку и терла ее с такой силой, как будто та была виновата в том, что упала с плиты.
– Не беспокойся, Рина, я все уберу! – воскликнула девушка и вырвала у меня из рук тряпку.
Я пожала плечами, устав удивляться ее энтузиазму. Я только заметила, что у нее дрожат руки. Вот так, перфекционизм до добра не доведет. Робин не знал, куда себя деть, и я предложила ему присоединиться к Джею в библиотеке, все равно кофе он пьет там.
– Что же, – усмехнулся Робин, – теперь с едой и напитками в библиотеку пускают?
Я сердито кивнула в сторону Лоры, которая уже снова наполняла турку молотым кофе.
Робин передал мне пакетик с печеньем и поднялся наверх, а я пожалела, что нельзя отправить Лору домой, выгнать Джея в тень мира и спокойно побеседовать с Робином. У меня накопилась к нему куча вопросов, но не задавать же их при Лоре! Это только разожжет в ней неуемное любопытство. Но этой девушке и предлогов не надо было. Как будто угадав мои мысли, она нерешительно спросила:
– Рина, скажи… А он, ну, полицейский, часто приходит? Он друг хозяина?