– Кстати… Ты же видела вчера Тина?
Я нахмурилась. Вот уж кого я предпочла бы забыть в ту же минуту, как увидела. И у меня ведь почти получилось!
– Ну, было темно, я только на пару минут заходила.
– И что там было?
– А почему ты не спросишь непосредственного участника событий? – почему-то разозлилась я.
– Я спрошу, – спокойно ответил Робин. – Хочу сначала у тебя узнать.
Он проигнорировал мою вспышку. Хотя с чего бы ему реагировать на такую мелочь, когда его лучший друг представляет собой комок сконцентрированного раздражения.
А ведь это интересная мысль, Екатерина! Я же обычно спокойная, а в представлении родителей так просто вялая. Мое ли это раздражение, или оно передается бонусом по связи? Я только вздохнула. Это можно узнать, только разорвав ее.
– Тин сначала кричал и жаловался, что вы были ужасно неблагодарными учениками. Ну это понятно, он за полчаса бутылку вина опустошил. А когда я принесла новую, он на что-то обиделся и убежал, прихватив бутылку.
Робин рассмеялся.
– Очень на него похоже! А связь он разорвал?
Я потерла пятно под большим пальцем и пожала плечами.
– Ну, если это сопровождается электрическим разрядом в ладонь, то значит, разорвал.
– Интересно, – медленно произнес Робин, – я не думал, что у тебя с Джеем такая сильная связь.
Я снова пожала плечами и стала разглядывать цветы во двориках. Сильная, не сильная. Сам же сказал, что у Джея невообразимый потенциал… Да и какая разница? Лучше бы ее вообще не было.
На рынке Робин забрал у меня корзину и занялся покупками. Я посоветовала ему не скромничать, потому что Джей съедал все, что попадалось под руку, а сама пошла за булочками. Решив, что и мне жадничать ни к чему, я купила целый капустный пирог. Я попросила сразу отрезать кусочек, пробралась через палатки и села на краю фонтана. А то ведь колдун проглотит его целиком, не моргнув, и мне ничего не достанется.
Пирог был еще горячий, я дула, чтобы не обжечься, а он так и норовил рассыпаться. На крошки тут же слетелась стайка воробьев, прибежали голуби и начали гонять друг друга. Я покончила с пирогом, отломила корочку от булки, раскрошила и раскидала вокруг, чтобы птички не ссорились. Подошел Робин с загруженной до краев корзинкой. Воробьи разлетелись, а безрассудные голуби бросились на освободившуюся добычу. Я разделила остатки булочки пополам и протянула кусок побольше Робину, задумчиво глядя на его одежду. Он был в черных брюках и светло-голубой рубашке с широкими рукавами.
– Почему на тебе нет крови? – тихо спросила я.
Робин рассеянно оглядел рубашку.
– Это заклинание той же природы, что и пузырь от дождя. Первое, что я делаю, проснувшись, еще даже не открыв глаз – привычка. Я же полицейский. Всякое бывает.
Я сразу внутренне сжалась и поспешила переключиться на что-то другое, но в голову ничего не шло. Последнее время приходилось выкидывать из головы слишком много мыслей. Я дожевала свой кусочек булки, и мы направились домой.
На выходе я оглянулась на палатку с соломенными шарами и игрушками. Дядя Лоры, как обычно, наматывал слои на каркас и что-то рассказывал себе под нос. Раскачивались бусины на кончиках его длинных усов. Шарик, который он мне подарил, должно быть, остался лежать под старой ивой на берегу Чернильной реки. Мне не было жаль, наоборот. Это не то напоминание, которое хочется видеть каждый день.
Робин сразу прошел на кухню, а я замерла на пороге, застигнутая врасплох пятнами крови на полу. Вот что бывает, если слишком много всего выкидываешь из головы! По пути домой Робин отвлек меня разговорами, я размечталась о необуглившемся завтраке… И тут на тебе. Утренний кошмар ожил и потянулся холодными щупальцами в центр груди, окутал меня холодом и серостью.
Я перепрыгнула через пятна, как будто играя в детскую игру, и села в уголок на кухне. Никто не заставит меня сегодня пройти через коридор, пока там не будет чисто! Ни за что не соглашусь это все отмывать! Комок подкатил к горлу, и пришлось сбежать от запаха еды, который был совсем не к месту.
Лучше будет дать им позавтракать вдвоем. Я зашла в кладовку, высыпала в кеды мелкие монетки, оставшиеся в кармане джинсов. Часть денег я уже переложила на дно рюкзака. Мне показалось правильным разделить их – так делала Алина во время путешествий. Наполнив ведро водой, я вышла через веранду и обошла дом, чтобы не проходить коридор.
Достоевский спал, а Бонифаций радостно скалился в сторону соседского дома. Может быть, в тени мира они сейчас не находят себе места, не зная, что произошло с их раненым хозяином? Я погладила Бонифация по холодной мраморной шкуре и прошептала ему в ухо: «Все в порядке». Мне показалось, что он услышал.