Мы вышли к Южному рынку, который оказался компактнее нашего – архитектура старого города не позволяла развернуться. Было многолюдно, даже несмотря на то, что торговцы уже начинали собираться.
– Они приезжают рано, а к середине дня уже закрываются. Старый рынок у замка работает с полудня до вечера, но там и товары другие. Всего в черте города городе три рынка – Новый на другом берегу, Южный и Старый, а четвёртый, Рыбный, находится за городской стеной.
На сам рынок мы не пошли, а последовали по набережной Эллы и свернули в один из двориков. Он оказался сквозным и вывел нас на узкую улочку, застроенную двухэтажными каменными домами. Здесь не было больших стеклянных витрин, как на бульваре у моста. Торговцы выставляли полочку с основными товарами у входа или в окнах, а ещё можно было ориентироваться по вывескам.
– Вот здесь продают записки, тут хороший книжный магазин, здесь – приманки для сай, тут всё для сада – семена, горшки, инструменты…
Крошечный садовый магазинчик был забит шкафами с тысячью ящичков, отличающихся друг от друга надписями и рисунками растений. Воздух пропитался запахом земли. На звон колокольчика над дверью вышел хозяин лавки, и Робин купил несколько мешочков с семенами.
Пока мы двигались от витрины к витрине, я только и успевала вертеть головой. Робин читал вслух надписи на вывесках. Частная кондитерская лавка госпожи Мун, швейное ателье господина Цери, записки и заклинания ещё какого-то господина… Вина из региона. Сыры с юга. Письменные принадлежности. Антикварная лавка. Магические услуги госпожи Карры.
– Это если нужно заколдовать предмет или что-то в доме, – объяснил Робин.
Вывески покачивались на ветру, который нёс запах реки. Незаметно мы снова вышли к Карне. Неровная улица по диагонали вывела нас между Старым и Рыбным мостом. Здесь всё было или старое, или новое, или западное, или восточное. Ах да, иногда ещё рыбное или чернильное.
Я решила найти дом колдуна на другом берегу. Это не заняло много времени – я просто проследила за направлением, куда мрачно, сложив руки на груди, глядел Робин. Самого дома не было видно, но из-за крыш клубами валил дым.
Я забеспокоилась, не спалил ли колдун своё жилище, решив сжечь траву на заднем дворе. Меня волновала судьба рюкзака. Ладно, одежда, но в нём же телефон с фотоаппаратом, хоть и разряженные! Как я без них обойдусь дома!
– На полчаса отойти нельзя, – проворчал Робин.
Я нащупала своё новое чувство. Джей находился в доме и был раздражён не больше обычного.
– Всё там в порядке, – буркнула я.
– Знаю… А ты так хорошо его чувствуешь?
– Что тут сложного, он всё время раздражён, – пожала плечами я.
– Пойдём, – только вздохнул Робин.
По пути он объяснил:
– Я тоже немного чувствую. Мы в детстве самостоятельно учились магии, как могли. Всё, что находили, пробовали применить. Иногда удачно, иногда нет. Из-за этого я только несколько миров вниз и вверх по спирали могу переместиться.
– Спирали? – переспросила я.
– Все миры выстроены в спираль, – непонятно сказал Робин и замолчал, видно, был не в настроении читать мне очередную лекцию.
По дороге он купил в другой пекарне целый пирог и сказал, что завтра мне нужно будет самой сходить на рынок. Я нахмурилась и понадеялась, что дом всё-таки сгорел, и меня отпустят домой за ненадобностью – ведь убираться будет негде.
Из трубы вырывался белый дым. Робин отправил меня с пирогом на кухню, а сам поспешил вверх по лестнице. Я заварила чай, как он сказал, и тоже пошла наверх. Можно было воспользоваться ситуацией, чтобы в тишине полежать в кровати, но на второй и третий этаж меня ещё не приглашали, и любопытство победило.
Лестничный пролёт оказался широким, просторным, на стене висели две потемневшие картины со скучными пейзажами, на полу между ними стояла пустая ваза. Скамейки не хватает – была бы приёмная. Сначала я подёргала ручку двери справа, но она оказалась заперта. Тогда я аккуратно приоткрыла дверь слева.
– Эту мог бы и продать, – говорил Робин, подталкивая кочергой коричневую обложку – всё, что осталось от внушительного тома.
– Чтобы кто-то начал применять на практике ту чушь, что там написана?
Джей сидел на полу библиотеки и кидал в камин книги из стопки перед ним. Я не могла поверить глазам: помещение было явно больше моей комнаты и кухни, хотя находилось над ними. Ряды полок из тёмного дерева, уходивших к потолку на два человеческих роста, пара кресел с высокими спинками и столик перед камином, рабочий стол с письменными принадлежностями у балкона и шкаф в углу.