В целом всё прошло удачно, и я была вполне довольна собой. Напоследок я остановилась у столика с соломенными фигурками и венками. До чего же интересные! С краю сидели маленькие усатые мышки из высушенной зелёной травы и золотистой соломы. Некоторые были перевязаны разноцветными ленточками. В этот раз я обратила внимание на продавца – его длинные усы, ниже подбородка, были заплетены в косички, заканчивавшиеся бусинками. Он сидел под тентом на табуретке, наматывал солому на шарообразный каркас и что-то неторопливо говорил.
Ему помогала девушка – подавала бусины и ленты, которые он вплетал в травинки. Она на секунду обернулась, внимательно посмотрела на меня и улыбнулась. Девушка выглядела как принцесса с обложки сборника сказок – первыми бросались в глаза пышные пшеничные волосы, забранные в высокий хвост. Аккуратный лоб каскадом обрамляла чёлка длиной почти до самых глаз серо-голубого цвета. Персиковый румянец подчёркивал широкие скулы. Кукольный носик и тонкие розовые губы дополняли образ. Вот кому подошла бы Алинина футболка!
Дома оказалось, что я забыла про молоко, так что сегодня на завтрак была моя фирменная яичница с обугленными краями и засохшим желтком. В отличие от омлета, в ней можно было наковырять что-то съедобное, чем мы с колдуном и занялись. На кухне стояла гнетущая тишина, нарушаемая скрежетом вилок о тарелки. Колдун сдался первым, отложил вилку, налил себе чай и наблюдал за тем, как я настойчиво отделяю кусочки, более или менее похожие на еду, от обугленного нижнего слоя. Я сдаваться не намеревалась! Наконец, Джею надоело, и он нарушил молчание – значит, я победила.
– Уберись здесь и приходи мыть львов.
Я была порядком раздражена фирменной яичницей и всё ещё голодна, поэтому с вызовом спросила:
– А что с ними не так?
– С ними всё в порядке.
– Тогда почему они постоянно пачкаются? – не удовлетворилась я ответом.
– Потому что они охотятся.
Я нахмурилась, и Джей объяснил:
– Не здесь, в тени мира.
Значит, не приснилось! Но я предпочла умолчать о том, что видела. Ведь он не спросил, знаю ли я что-нибудь – значит, я и не обманула.
– Это тоже форма сай. Все бестелесные существа в большей или меньшей степени мечтают заполучить тело. Я предложил им тела в обмен на то, чтобы они охраняли мой дом.
– Но это же не настоящие тела, а статуи! – возразила я, понимая, что он сейчас уйдёт, так ничего и не объяснив.
– Здесь они статуи, в тени мира они настоящие львы, насколько там что-то может быть настоящим. Они по очереди охотятся на других бестелесных сущностей. Один охраняет дом – и здесь, и там, тогда его статуя сидит, в то время как другой охотится и отдыхает, и вторая статуя выглядит спящей, – голос колдуна стал хриплым, он залпом допил чай и этим поставил точку в разговоре.
Я поняла, что бесполезно расспрашивать его про тень мира, он и так перевыполнил норму по разговорам за день. К тому же, я не хотела испытывать судьбу – сейчас колдун выглядел относительно дружелюбным, но я помнила, что в любую секунду он может явить на свет своего мистера Хайда.
Второй лев тоже слегка перепачкался – ещё бы, ведь они все вместе валялись во мху. Джей стриг живую изгородь со стороны улицы. Соседи уже привыкли, что в саду что-то происходит, и больше не высовывали свои любопытные носы из каждого окна. Редкие прохожие здоровались, но колдун почему-то всегда оказывался к ним спиной, и отвечать приходилось мне. Закончив с половиной изгороди, Джей ушёл в дом, и чувство говорило мне, что он поднялся в библиотеку. Наконец-то можно отдохнуть!
Я медленно возила тряпкой по львиному боку и размышляла про тень мира. Что же это за место? Очередной параллельный мир? Раз я его увидела, может, я смогу туда попасть, а оттуда домой? Надо раздобыть волшебный амулет, чтобы видеть магические искорки. Я же примерно помню последовательность миров, как-нибудь доберусь своего, легкомысленно решила я.
– А ты не знаешь, как мне попасть домой? – спросила я льва с гордо поднятой лохматой головой. Лев невозмутимо улыбался.
– Ах да, – спохватилась я, – ведь ты не знаешь ничего. Меня зовут Екатерина, и я ужасно хочу домой. Этот твой колдун обманом затащил меня сюда, заставляет готовить и отмывать твою мраморную шкуру. Кстати, раз ты живой, то у тебя должно быть имя. Как тебя зовут?
Проходивший мимо мужчина споткнулся на ровном месте и ускорил шаг.
– Я буду звать тебя Бонифацием, – сообщила я льву, оттирая пятно под пастью. Лев продолжал радостно скалиться.
Я собралась было пожаловаться ему на то, что мне к тому же не дают спать, сколько хочется, как раздался звон в ушах.