– Как тебе понравилось в тюрьме, Рина? – с наигранной вежливостью спросил колдун.
Значит, мы всё ещё играем в ту игру? Ну хорошо же. Меня наполняла чужая злость, а я не могла и не хотела ей сопротивляться. Я ответила в тон:
– Спасибо, господин, совсем не понравилось.
Робин сверлил взглядом своего друга. Оба они чего-то ждали.
Проклиная свои щёки, которые так легко краснели, я сквозь зубы проговорила:
– Я решила, что мне положены чаевые за работу.
Робин перевёл взгляд на меня и кивнул. Сердце ухнуло и упало. Сейчас ведь скажет, что колдун был прав!
– Джей, ты помнишь, какие обязанности налагает клятва?
– Конечно помню, Робин, – излишне вежливо ответил колдун.
– Я попрошу тебя не руководствоваться примером нашего дражайшего учителя и впредь не перекладывать свои обязанности на других, особенно на полицию. У нас и без тебя дел хватает.
– Позволь и мне поинтересоваться, Робин, – звенящим от напряжения голосом ответил Джей, – помнишь ли ты, что будет, если постоянно нарушать клятву по мелочам? Если постоянно привирать, изворачиваться, думать только о себе?
– Помню. Она будет сталкивать вас сильнее. Но я просил не загружать Рину.
– У неё и так курорт! – взорвался Джей. – Она только и делает, что гуляет по городу, да пьёт кофе с видом на реку! Много ты знаешь настолько безответственных людей? Ей нельзя поручить доставить конверт! Ты просил оставить её в покое – я оставил. Но я же не могу просто позволить ей торчать в доме и ничего не делать! Это тоже нарушение клятвы! Но она даже пол нормально помыть не может! А теперь ещё это!
Он пнул столик, монеты звякнули, красное яблоко упало и укатилось под кресло. Робин внимательно посмотрел на меня.
– А если Рина извинится…
– Даже не думай, Робин, – перебил его Джей, – она считает, что права.
Я стиснула зубы. Конечно, я считаю, что я права, потому что я права! Я сама себе удивлялась – вместо того, чтобы бояться и трепетать, я едва справлялась с клокотавшей во мне злостью. Робин задумчиво переводил взгляд с меня на Джея и обратно, как будто хотел измерить степень наэлектризованности воздуха между нами. Наконец, он спросил:
– Ты считаешь, что это всё клятва?
– И клятва, и камень, – Джей устало потёр лоб. – Рина, будь так любезна, приготовь нам чай, если тебя это не затруднит.
– Нисколько, господин, – я поднялась со стула и изобразила реверанс.
Когда я выходила, Робин переключил внимание на остатки ритуала на полу.
– Почему ты не подождал? Меня не позвал?
– Потому что нет времени! – внезапно сорвался на крик Джей. – Потому что дракон с каждой минутой сильнее! Ещё немного, и он вырвется!
Я закрыла за собой дверь.
На кухне я поставила чайник на плиту и забегала кругами по комнате. Меня трясло от возмущения. Мне можно доверить доставку писем! Я нормально мою пол! Я даже готовлю что-то относительно съедобное! Конечно, я заслужила и чаевые, и кофе на берегу реки. И конечно, я не сказала ни слова, пока не вернулась домой, как он и приказал. Естественно, я права, во всём права! Что он о себе возомнил? А Робин! Тоже мне, миротворец. Ему самому не мешало бы извиниться за то, что он позволил колдуну связать меня этой идиотской клятвой. Я кипела не хуже чайника.
Пока чай заваривался, я проверила полки. К моему удивлению, все продукты лежали нетронутыми там, куда я их вчера положила. Колдун опять перескочил в ту крайность, где он ничего не ест, но для надёжности я решила всё равно завтра сходить на рынок и пополнить запасы на случай другой его крайности.
Плоская чаша исчезла, как и травы и прочие магические принадлежности. На деревянном полу остались прожжённые каплями пятна. Я поставила кружки на столик перед Робином, который углубился в книжку в болотно-зелёной обложке. Джей, сидевший за письменным столом, не оборачиваясь, сказал:
– Убери всё это.
Я сгребла яблоки и деньги в подол футболки и тут только почувствовала, как от меня воняет псиным одеялом.
Кеды, к которым я воспылала несправедливым отвращением, отправились в комнату под кровать, деньги я убрала в коробочку на кухне, а яблоки разложила на столе. Я лишь успела принять душ, как меня снова позвал колдун.
Натянутая улыбка в сочетании с красным белком глаза делала лицо Джея похожим на жуткую маску. Он сунул мне в руки пачку конвертов, в этот раз без инструкции, и приказал вернуться, как только я доставлю все письма, нигде не задерживаясь. Понятно, я под своеобразным домашним арестом. Как скажете, господин колдун.
Робин сделал последний глоток чая, положил книжку на стол и сказал: