— Случилось, — угрюмо ответил тот.
— Что такое? — заволновался Филин.
— Склад ограблен. Почти все украли.
— Кто? — спросил Фредерик, уже зная ответ.
— Воробей, — сказал Найт, протыкая картофелину ножом.
— Что у нас осталось? — уточнил Филмор.
— Наше личное оружие. Это все.
— Ох… — Филин откинулся назад.
Пролитая тишина расползалась по комнате, как пролитый чай по ковру, выражая все то, что не могли выразить звуки.
Мурена ковырялась ногтем в зубах, когда в кабинет вбежал Лосось с глазами навыкат и выпалил:
— К вам идет…
— …старый друг, — перебил его Воробей, заходя в комнату.
Лосось поспешно выбежал, захлопнув за собой дверь, а Спар закрыл ее на все засовы и замки.
— Многовато у тебя запоров.
— Безопасность.
— Ты как-то скована. Призрака что ли увидела?
— Что-то в этом роде.
— Не бойся, я не кусаюсь.
— Добрые люди не уничтожают своих врагов так, как это сделал ты.
— Что поделать, я решил действовать.
— И взорвал кучу невинных жителей.
— Не тебе мне говорить о жертвах. Я знаю, скольких убил Океан за все время своего существования — мне вас не перещеголять.
— Но это за многие годы, а не за одну ночь.
— Цифры есть цифры. Птицы убьют многих, но это кончится со смертью Кошек, а вы бы никогда не остановились.
— «Не остановились»?
— Да. Вы больше не убьете никого. Пора платить долги, Мурена.
— Ты не выйдешь отсюда живым.
— Выйду. Мне еще многое надо сделать.
— Ты не убьешь меня.
— Нет.
— Тогда чего ты хочешь?
— Хотел поговорить… предупредить, что плачу долги и не терплю задержек по чужим.
Воробей отпер и открыл дверь, вышел. Мурена еще долго смотрела в стену, раздумывая об истинной причине визита Воробья, пока Лосось не сообщил о готовности обеда.
В столовой сегодня было шумно — все члены Океана собирались на обед каждый второй день недели, — а в другие дни столовая заполнялась едва на половину. Мурена поднялась на возвышение, на котором располагался ее стол, и откашлялась. Переждав дробь кружек о столы, она начала заученную за многие годы речь:
— Сегодня мы собрались все вместе, чтобы напомнить себе, кто мы есть! Мы все еще сильны и продолжаем бороться! Кошки падут, а на их костях мы построим свою империю! И никто нам не помешает! А кто только попробует — будет убит!
Рев затопил гигантское помещение, а женщина села за стол и принялась за еду: сегодня Рыба-луна приготовила ее любимую семгу. Мурена отделила кусочек рыбы и положила его на язык. Рыба таяла во рту, наполняя его сказочными сочетаниями вкусов: аромат моря боролся за первенство со сливочностью соуса, травы сглаживали поле брани, а где-то вдалеке маячило слабое послевкусие лимона. Все в столовой поглощали более простую пищу и запивали ее чем попало, в то время как женщина потягивала из бокала легкое красное вино и радовалась своей власти.
Кто-то подавился и закашлялся, ему уже хлопали по спине и смеялись. Вот она — ее семья. Мурена выросла среди этих людей, а кто-то вырос при ней, но все они были друг для друга братьями и сестрами, женами и мужьями. Кит схватился за живот — у него слабый желудок, это всем известно, — встал из-за стола и вышел в уборную. Кашалот все надеялся заинтересовать Акулу и пытался завести с ней разговор. Мужчины! Бьются о глухую стену и бросаются в сети, когда рядом есть столько хорошеньких рыбок. Тюлень рухнул со скамьи, а Медуза звонко этому рассмеялась. Другие стали помогать мужчине подняться. В другом конце зала вскипал какой-то спор между Меченосом и Марлином. Морж по-прежнему много пил и сквернословил, рассказывая анекдоты в разы древнее себя.
Мурена до сих пор не могла понять, как они проиграли Кошкам, когда тех в разы меньше. Льва считали новичком, его недооценивали, а он взял и загнал всех их в ловушку. Ничего, они еще успеют уничтожить Кошек, в Океане больше людей, чем во всех бандах, и все они готовы отдать жизнь за правое дело.