Сова заползла под одеяло и прижалась к нему всем своим телом; его грубая рука нежно скользнула по изящной талии; ее ловкие ручки обхватили Воробья; губы их соприкоснулись в состязании; крепкие пальцы путешествовали по телу девушки.
— Я смотрю, ты отдохнул, — выдохнула она.
— Можно и так сказать, — томно ответил он.
— Ох, Спар! — воскликнула Сова, когда пальцы нашли, что искали.
— Оул, — с нежной улыбкой прошептал Воробей и поцеловал ее.
Руки Оул быстрее нашли свою цель. Теплое дыхание обжигало его кожу. Лаская ее пальцами, он припал ртом к розовому соску, водя вокруг него языком под тихие стоны девушки. Спар медленно спускался вниз, осыпая бледное тело краткими поцелуями. Оул схватила его за волосы, когда один палец оказался в ней, из рта вместе с горячим воздухом вырвался стон. Ловкие пальцы еще крепче ухватились за его шевелюру, когда он припал к ее сладким губам своими. Оул сжала ногами голову Спара, дрожа и выгибаясь. Полный сахара стон наслаждения слетел с ее раскрытых губ.
— Спар… — слегка дрожащим голосом прошептала она.
Его губы начали путь наверх: по мягкому животу, двум аккуратным грудкам, резким ключицам, лебединой шее, мягким щекам. Оул обхватила шею Спара и слилась с ним в долгом поцелуе, мягким движением заставив любимого лечь на бок. Упершись рукой ему в грудь, она отстранила его и повернулась к нему спиной. Он прижался к ней. Теплая ладонь накрыла небольшую грудь, вторая обхватила тонкую шею Оул. Спар осыпал поцелуями ее уши, скулы, хрупкие плечи и лопатки, вызывая мурашки по всему телу. Он медленно вошел в нее. Она издавала тихие стоны, чувствуя, как любимый дышит ей в затылок.
Оул игриво выскользнула из его объятий. Девушка повернулась к нему лицом, настойчиво перевернула на спину и залезла сверху, смотря прямо в зеленые глаза Спара и читая в них безмерную любовь к ней. Ее приоткрытый рот принял форму улыбки, предназначенной только ему. Любимая извивалась на нем угрем, чувствуя его в себе, ощущая, что они сейчас — одно целое. Любимый притянул ее к себе и поцеловал, крепко сжимая в объятиях. Она, не переставая, двигала бедрами.
Словно ток пробежал между ними, Оул уткнулась ему между плечом и шеей и прикусила кожу, сдерживая стон. Дрожь прошла по его телу, передаваясь ей. Он обмяк, а она осталась на нем, мягко целуя его в шрам на носу. Чувствуя жар внутри, Оул еще долго лежала на любимом, ощущала пламя его любви и вслушивалась в ровный ритм их общего сердцебиения. Спар держал ее так, будто боялся потерять и хотел прожить с ней каждую доступную секунду.
Наконец Оул приподнялась, чувствуя тепло, стекающее по бедрам, и легла рядом с ним. Он обнял любимую, а она сразу же уснула, положив голову ему на грудь. Спар разглядывая ее маленький нос, пухлые губки, прекрасные веки и думал о не менее великолепных глазах за ними. Глядел на темные брови Оул, чистый лоб, подбородок, в который он целует ее каждое утро. Поглаживал шелковистые волосы, слушал мирное посапывание любимой.
В этот момент не было Кошек. Не было даже Птиц. Были только они: он и она, не Воробей и Сова, но Спар и Оул. Он знал, что боится ее потерять; знал, что любит и не отпустит любимую, что готов защищать ее ценой собственной жизни, готов отдать за нее свое дело. И Оул готова, знал Спар… Девушка тоже отдаст за него свою жизнь. Никто ему больше не нужен, если рядом есть она. Ничто не нужно, даже пресловутая месть.
Веки настойчиво закрывались, как бы он не пытался держать их раскрытыми. Тьма снова звала, забытье манило его. Сейчас есть только они, а все остальное подождет, чтобы вернуться завтра. Закрыв глаза, он моментально уснул крепким сном, видя во сне ее, его Оул.
Глава 3. Вечер
Поздним вечером 27 августа в департамент полиции Меворби явились двое подростков, мальчик и девочка — Тон Фáйет и Óриол Тайт. Первый объявил, что его старший брат Брэм Файет был убит на его глазах. Наши доблестные полицейские немедленно последовали за двумя очевидцами на место преступления — заброшенное здание, которое пару лет назад начал строить Дориэл Сван. По слухам, это должен был быть новый детский дом.
Полиция прибыла на место преступления, где был найден еще живой Брэм Файет с тридцатью ножевыми ранениями и множеством сломанных костей. Пострадавшего доставили в больницу, но по пути он скончался от полученных ран.
Родители Файета успели только попрощаться с сыном, а Тон и Ориол дали показания. Подростки видели двоих мужчин: один был в темной одежде, а на его перчатках Ориол заметила металлические когти; второй был одет в одежду песочного цвета и орудовал изогнутым ножом. Когда преступники переговаривались, часто звучала буква «К», что может указывать на их имена или позывные.