— Двадцать шесть! — Посчитал Лебедь.
Птенцы заголосили громче. Среди криков послышалось «ладно» Снегиря. Следующим стрелял Павлин. Он спокойно вышел к линии, трижды выстрелил и остался ждать результата.
— Двадцать пять!
Павлин поник и под разочарованные вздохи толпы вернулся к своей Ласточке. Последним стрелял Зимородок. Он резво выскочил к белой полосе, схватил пистолет и замер, прицеливаясь. Первый выстрел прошил мишень в кольце за семь очков. Птенцы разом вскрикнули и замолкли, ожидая второй выстрел. Облачко пыли вылетело из дула пистолета, а в мишени появилось новое отверстие. Зимородок попал в десятку. Толпа скандировала его имя, а он все так же спокойно стоял с пистолетом в руке. По лбу катились капельки пота, рука легонько подрагивала. Вдруг воцарилась полная тишина, а за ней раздался третий выстрел. Птенцы охнули — в мишени все еще было два пулевых отверстия. Мик опешил. «Вильнула?» — промелькнуло в его голове.
— Подождите, — утихомирил всех Лебедь и направился к мишени.
Он внимательно осмотрел ее, повернулся к наблюдающим и объявил:
— Пуля попала в предыдущее отверстие, слегка лишь расширив его! — Медленно начал подниматься гул. — Двадцать семь очков! — Вся площадка взорвалась криками.
Зимородка окружили Птенцы, каждый хлопал его по плечу или спине и поздравлял с победой.
— Тихо! — Все умолкли, услышав крик Зимородка. — Я даю вам слово, что каждый получит кусочек этой плитки, каким бы он маленьким ни был! — Птенцы с новой силой принялись поздравлять победителя.
После урока стрельбы все собрались в зале фехтования, где Зимородок действительно разделил между всеми присутствующими плитку шоколада, выигранную в состязании. Явился Козодой, и все сразу разбрелись по помещению, разделившись на пары. Учитель подозвал Мика.
— Ну как ты, Воробушек?
— Неплохо, готов заниматься, учитель.
— Смотри, основы ты знаешь, нам остается только учить новые движения и тренировать старые.
— Хорошо.
— Но еще нужно поработать с твоим гневом. Мы не можем оставить это просто так. Гнев делает тебя слабее, он дает противнику преимущество. Ты должен сражаться с холодной головой.
— Я понял, учитель, но не могу с этим ничего поделать. В какой-то момент внутри просто что-то вспыхивает.
— Именно это мы и проработаем. Но я сразу скажу, что самый простой вариант — уходить в защиту, пока гнев не уйдет, и пока не вернется разум. — Он умолк на несколько секунд. — Ладно, бери оружие.
Мик нашел футляр и извлек оттуда рапиру. Взвесив ее в руке, он вернулся к Козодою.
— Надо бы сделать тебе ножны, — сказал учитель, — не будешь же ты таскать везде футляр.
Мик посмотрел на оружие.
— Вчера ты показал неплохой результат, — продолжил Козодой, — но я заметил одну большую ошибку. Ты повторяешься. Одни и те же движения, одинаковые комбинации. Это мы будем менять. Ты должен быть непредсказуем, опасен.
— Непредсказуем, — повторил Мик, — опасен.
— Давай попробуем. Нападай.
Воробушек молниеносно вскинул руку в колющем ударе, но Козодой отвел его вправо своим фальшионом. За первым посыпались еще удары, каждый из них Козодой отводил или блокировал. Мик пытался быть хаотичным и бить в произвольном порядке. Он оперся на правую ногу и сделал легкое движение вправо, а затем перенес вес на другую ногу и ударил наотмашь слева. Даже этот удар Козодой блокировал. «Этого человека невозможно обмануть, — думал Мик, — он видит меня насквозь. Я слишком медлителен, а он слишком быстр».
Воробушек все старался обойти защиту учителя, когда все внутри начало вскипать. Он почувствовал жар где-то глубоко в груди, мысли начали путаться, а удары становились агрессивнее. Мик отскочил назад и опустил руку с рапирой.
— Молодец, — похвалил Козодой. — Ты правильно сделал, что прекратил бой.
После перерыва, когда Воробушек почувствовал, что огонь внутри угас, а угли остыли, они продолжили тренировку.
На обеде, в то время как Мик доедал вареную картофелину, со спины его кто-то окликнул. Повернувшись с набитыми картофелем щеками, Воробушек увидел, что к нему приближается Воробей в компании Филина и Попугая. Мальчик дожевал и проглотил обед, а затем встал навстречу мужчинам.