Дверь открылась, на несколько секунд, впустив звуки и запахи улицы. Оул сначала увидела только Воробья, так как Мик плелся позади.
— Спар, ты слышал о мяснике? Это зверство! Я думаю, это могли сделать Ко…
— Я! — со злостью в голосе крикнул Мик. — Это сделал я! — Он вырвался из рук Воробья, пытавшегося успокоить мальчика, и побежал в глубь Гнезда.
Оул замерла в непонимание. Она смотрела то на проход, куда убежал Воробушек, то на Спара. Что-то в нем сейчас было не так. Он медленно подошел к ней, обнял, поцеловав в кончик носа, и практически повис на ней.
— Он убил… — тихо сказал Воробей. — Убил невинного, Оул.
— Тебе нужно отдохнуть. — Девушка ласково провела рукой по его отросшей щетине, по шраму через нос. — Пойдем. — Оул закинула руку Спара себе на плечо и повела в их комнату.
Птенцы и Птицы удивленно смотрели на них, но не задавали лишних вопросов. Многие шептались о своем, но переставали, увидев их. «Они знают», — поняла Оул. Кто-то смотрел на Воробья с жалостью, кто-то с холодом. В какой-то момент тащить Спара стало легче, и Оул посмотрела на любимого — с другой стороны его подхватил Филин. Он кивнул ей, и оба они продолжили путь.
Спара уложили на большую кровать; Филин повесил его плащ на крючок у двери.
— Нет… — Бубнил Воробей. — Не может быть… Мальчик… Палец Смерти… Не мог… Плохой отец… Убийца…
— Я могу помочь? — спросил Филин.
— Нет, Филмор, спасибо. — Он повернулся к выходу. — Постой. — Филин остановился. — Попроси Птенцов принести ведро теплой воды и тряпку.
— Хорошо.
Филин вышел и закрыл за собой дверь. Оул бережно сняла ножи, сумочку и флаконы с ядами, положила их на стол. Раздался отрывистый стук.
— Войдите. — Вошли Снегирь и Зимородок. — Поставьте ведро и оставьте тряпку на кровати.
— Оул, мы хотели… — начал Снегирь.
— Не надо, Снег, — прервала она. — Не сейчас. Идите.
Мальчики вышли, а девушка закрыла дверь на ключ. Оул раздела Воробья и принялась обмывать его мокрой тряпицей. Протерев вокруг глаза, она его поцеловала, так же она сделала со всем лицом и телом любимого. Девушка укрыла Спара, который что-то бубнил себе под нос, и легла рядом с ним вслушиваясь в то, что он говорит.
— Воспитать. Мальчика. Не может. Быть. Убийцей. Что я сделал не так? Где снова оступился? — Спар неожиданно схватил Оул за руку, в глазах был страх. — Оул, скажи мне, скажи, что я сделал не так? В чем моя ошибка?
— Какая ошибка, Спар? — Она медленно гладила его волосы.
— Воробушек. Он… Он убил человека, Оул.
— Все мы убиваем.
— Но он… Он недавно негодовал от того, что мы иногда убиваем невинных людей ради денег, но сегодня убил мясника без какой-либо причины. Ты понимаешь разницу? Как это могло случиться? Как я допустил такое?
— Спар, сколько ты не спал на этот раз?
— Где-то трое суток… Это не много, Оул, со мной все хорошо. — Он отпустил ее руку.
— Ты стал меньше спать — это плохо, Спар, что бы ты не говорил. Ты все время в городе, возвращаешься всего на несколько часов, а когда ложишься в кровать — не спишь. Ты сам мне рассказывал, что все время думаешь, не можешь перестать думать, и устаешь еще больше, а сон все не идет. Любимый, я волнуюсь за твое здоровье.