На тренировке поговорил с Саней, предложил ему получше настроить его Романтику и сразу же прогулялся после секции к нему домой. Он как раз живет около Андерсенграда.
— Отлично, Игорек. У меня что-то постоянно лентопротяжник кассеты жует. Даже твою зажевал, правда все равно хорошо звучит, — радостно рассказывает Саня, передавая мне кассетник в руки.
— Там головки постоянно уплывают, Володя наладит аппарат. Да вообще потом, если какая проблема с техникой, будешь знать, кого искать, — уверенно отвечаю я, как уже сильно прошаренный в таких вещах парень.
— Да не проблема! — Саня уже давно привык, что одного его имени и известности, как я бы сказал — молодого Тайсона, хватает для решения любых вопросов среди подростков и парней постарше, ему даже не приходится никуда ходить и разбираться.
Мы договариваемся, что завтра я зайду за ним, потом мы доедем или дойдем до Володи, там он уже сам расскажет, что почистил и наладил в технике. Пока я отношу кассетник приятелю и оставляю до завтра в ремонте.
Сам пока занимаюсь демонстрацией и продажей кассет просто на живца, на громко играющую крутую музыку. Делать все равно нечего, гулять тоже не с кем, остается только заниматься реализацией музыки, зарабатывать хоть какие-то деньги.
Клиенты-покупатели в основном чувствуют мою прошаренность и большую уверенность в разговоре. Пару раз что-то такое намечалось, насчет взять сейчас послушать, а деньги потом принести, так я авторитетно отвечаю особо хитрожопым пацанам на наглые заявы:
— Паренек, ты не думай, я тебя в больнице навещать точно не буду. Поэтому даже деньги не заберу, как бы ты не захотел их мне тогда срочно отдать. Так что, или выкладывай бабки сейчас, или готовься получать в башню, если очень сильно хочешь сэкономить, — и я солидно вытаскиваю тяжелую ножку от табуретки из своей сумки. — На таблетки, чтобы совсем в дурака не превратиться, всяко больше потратишь!
Однако в последний день перед отъездом я столкнулся, можно сказать, прямо с начинающими рэкетирами. Только продал кассету одному из проходивших мимо парней, как целая группа особо здоровых лосей вышла с Белых Песков и тут же окружает скамейку, где сижу я со своим кассетником.
— Пацан, нам кассета с музыкой очень нужна, а денег у нас нет, к сожалению, — довольно уверенно заявляет смазливый и высокий парень, остальные четверо его приятелей окружают меня со всех сторон.
Кажется, они все поняли, чем я тут занимаюсь, только что отдал кассету за деньги, прогнав ее для проверки на своей Электронике. Ну, не такие уж они и лоси по размерам, просто очень высокие старшеклассники, поэтому привыкли на всех смотреть сильно свысока. Видно, приехавшие откуда-то, я подобных жердей, да еще в таком солидном количестве, в своем городе вообще не видел ни разу.
И ведь наезжают как-то умело так, вот очень убедительно мне доказывают, что другого выхода у меня нет, как расстаться с кассетой, или может даже с целым магнитофоном.
Я пока не понимаю, почему они такие борзые и включаю отморозка в ответ:
— Кому-то из вас я точно башку пробью, красавцы!
Подошли ко мне кучей, головами небо заслоняют и пытаются настойчиво объяснить мне, что я им чего-то должен, как минимум, кассету подарить. Такие высокие все и спортивные, хорошо и модно одетые, в спортивных фирменных костюмах, похоже, волейболисты или баскетболисты, совсем такие по жизни не пуганные.
Дело, и правда, чуть до мордобоя не дошло, отчетливо я почувствовал, как с другими борзыми десятиклассниками.
— А то мы идем по вашей деревне, а тут такой сюрприз, кто-то Джима Моррисона слушает! И не просто слушает, а еще и продает!
Однако, лично нагоняющий градус в общении парень через пару минут, посмотрев в мои глаза и на крепко сжимающую ножку руку, что-то решил про себя, поэтому взял легко и непринужденно съехал в сторону. Я сразу понял, что он со своей внушительной компанией просто пытались взять меня на испуг, не собираясь на самом деле заниматься уголовно наказуемыми делами.
«Похоже, спортсмены-мажоры, дети обеспеченных и влиятельных родителей, сегодня вот до меня докопались, как приехали в наш город», — догадался я, когда он потом легко отдал десятку и с понтом перед приятелями произнес:
— Сдачи не надо!
Только не на того напал, я тоже знаю, что в подобных случаях лучше сказать:
— Мне тоже не надо, — типа, за два рубля меня не купишь, чтобы я на вас с любовью и восторгом дальше смотрел.
Завернул кассету в два рубля желтыми бумажками и вручил ему обратно. Ничего предводитель этой долговязой команды не сказал больше, посмотрел на меня внимательно, потом кивнул своим, мол, пойдем и они ушли. Время от времени все же оглядываясь на меня, серьезно размышляя, кажется, не стоит ли им вернуться и все же накостылять мне по шее как следует.