С: Я не боюсь! – Я не успела я ответить, как его губы коснусь моих, затем его язык начал прорываться сквозь. И я толи от обиды, толи от выпитого вина – ответила на его натиск. Мы стояли и целовались, пока руки Антона не спустились ко мне на талию и не начали нащупывать полы свитера, наконец, мой мозг включился, и я начала оценивать ситуацию трезво. – Стоп! Нет! Пожалуйста! – Пыталась оттолкнуть, но сильные мужские руки только сильнее стиснули мою тонкую талию. – Антон, ты обещал!
А: Извини! Да! – Он отстранился. Сел на край кровати и сжал голову руками. – Я не мог себя сдержать.
С: Я, наверное, пойду! – Начала движение в сторону выхода.
А: Нет, постой! Прости! Этого не повторится. Не уходи, пожалуйста. – Он смотрел на меня с мольбой снизу-вверх, как нашкодивший малыш.
С: А что ты предлагаешь делать?
А: Оставайся у меня, запрись в этой комнате, если не доверяешь.
С: А как же ты? Где будешь спать ты?
А: На кухне, там есть диван, как-то расположусь. – И снова эта мальчишеская улыбка с мольбой в глазах.
С: Хорошо….
Глава 31 Марк
Шум в голове, во рту привкус металлики, «где я?». Я пытаюсь открыть глаза, но получается это с трудом, голова кружится, разрывает об боли последние остатки серого вещества. Хотя какое так серое вещество, если бы оно у меня было, то явно не напивался бы так вчера или позавчера.
М: Черт! – в голове флешбэками всплыла картина, как небесные глаза Софи смотрят на меня с отчуждением и ненавистью, а какая-то баба сосет мне хрен. Я смотрю на это как пространстве, не понимая происходящего, ведь во мне была довольно большая доза алкоголя и еще какой-то непонятной химии. «Господи, куда я качусь?» - один единственный вопрос крутился в моей воспаленной голове. Снова попытка открыть глаза, противный красный свет пробивается сквозь штору и слышатся шаги. В комнату кто-то входит, это явно мужская массивная фигура, но мне сейчас на это совсем параллельно, даже если бы это был киллер. Мне кажется, если бы он тотчас приставил мне пистолет к голове я был бы счастлив – выстрел и я свободен. И вот он поднимает руку в моем направлении, я мысленно готовлюсь к смерти, только об одном жалею, что так сделал больно Софи напоследок … Мгновение и я чувствую ледяной поток воды у себя на лице, яркий свет, который обволакивает комнату, пытаюсь сфокусировать свое зрение на объекте и улыбаюсь – это Эрик.
М: Друг мой! – улыбаюсь, как ребенок, чувствуя внутреннее облегчение, значит моя миссия в этой жизни еще не окончена.
Э: Ну, ты и ублюдок! – в след летит звонкая пощечина, моя больная голова совсем не благодарна за такое, но остатками ума я осознавал – сейчас он прав. – Что ты здесь делаешь? Ты хоть понимаешь, что я пережил за эти дни? Я уже мысленно готовился к вашим похоронам. Какого хрена ты обдолбаный и пьяный не вылазешь от сюда трое суток?
М: Трое…? – эхом отозвалось у меня в голове. – Не может быть, я только вчера ночью сюда приехал и …
Э: Где твой телефон, блять? – расшвыривал мои вещи по комнате Эрик в поисках гаджета. – Ты уехал из офиса три дня назад, три долбанных дня назад и исчез со всех радаров. Твой телефон молчит, дома ты не появлялся, что мне было думать? – Достает, наконец, из-под груды простыней мой телефон и пытается его включить – все четно, он разряжен в ноль. Помню, как в бреду, что в последний раз им пользовался, когда мы пытался дозвониться к Софи. «Софи!» Эрик поднимает свои затуманенные от злости глаза и задает вопрос, которого, я сейчас попытался бы избежать. – Где Софи? – я молчал, просто потому что не знал, что ответить. У нас с другом много было позорных ситуаций в жизни, за которые мы друг друга никогда не осуждали и не упрекали, но в этот раз было все по-другому. – Марк, где Соня??? Ты оглох?
М: Я не знаю! Мне не должно быть похеру? – Попытка встать с этого вонючего дивана, который за эти дни впитал в себя не мало запахов и прочих субстанций. – Что вообще за интерес к этой… - подбираю слова, как можно жёстче и больнее, чтобы создать иллюзию безразличия, в первую очередь для себя. - …потаскушке? – За это снова получаю удар, который возвращает меня обратно в пятые простыни.
Э: Как ты ее назвал? Повтори! – Уже переходит на крик мой горячо любимый друг. – Что с тобой Марк, я тебя не узнаю. Да, ты всегда относился к женщинам с надменностью, но не позволял себе их оскорблять. А на счет этой девчонки вообще заткнись, она не для тебя!