«Не для тебя!» - как ты прав мой друг, как же ты чертовски на счет этого прав, именно поэтому так и говорю, чтобы она бежала от меня, как от пожара иначе сгорим вместе.
Э: Собирайся, хоть отвезу тебя домой, придёшь в чувства, нарколыга. – наконец, он помогает мне встать и надеть хотя бы нижнее белье и непонятно от куда взявшийся халат. – Еще одна такая выходка и я придушу себя теми хлыстами, - указывает мне взглядом на пол у кровати, а я только и могу, что улыбнуться на его шуточные угрозы. Мы покидаем клуб, на улице еще светло и как на зло светит яркое солнце, которое ослепляет мои, привыкшие к темноте, глаза. А еще как в добавок за мое плохое поведение срывается поток ледяного ветра и полы украденного халата взмываются вверх, вмиг возвращая трезвый ум. Позабыв о головной боли, скользкой дороге побежал, если это можно так назвать к машине, где меня уже ждал Эрик.
Мы едим в кромешном молчании, потому что Эрик достаточно хорошо меня знает в этом плане, нравоучения для меня ничего не значат, никого слушать я не буду, единственным авторитетом для меня был отец и то, только до момента верениц трагедий в семье. Я сам с собой лучше проведу беседу и сделаю выводы, а потом буду медленно корить за это, поедая изнутри, так было всегда, есть и сейчас. Хотя, сейчас я предпочел бы хорошую взбучку от Эрика, чем это томное молчание и разочарованный взгляд. Тогда мне на ум ничего лучше не приходит, чем начать его провоцировать и вывести на эмоции, может хоть тогда он мне врежет, знаю, что ему этого хочется.
М: Что делала это время? – роюсь у него в бардачке и нахожу свой тайник, вытаскиваю тонкую сигарету и подпиливаю в прикуриватели. Перевожу глаза на него и оцениваю, я на верном пути, он зол еще больше, улыбаюсь ему и делаю новую затяжку. – Чего молчишь, я кажется, задал вопрос.
Э: А, мне кажется, я не единожды говорил, что у меня в машине не курят! – грозно отрезал друг, выхватит у меня окурок и открывая окно выкинул на проезжую часть. Я лишь усмехнулся и потянулся за новой порцией, но след полетела вся пачка с зажигалкой.
М: Ай, яй,яй! Как не стыдно мусорить в общественных местах. – снова начинаю выводить его на эмоции, но он явно догадался чего я добиваюсь и перестал вестись на провокации. – Как там твоя девчонка, Маша кажется? Трахнул ее уже? – бросаю беглый взгляд на его лицо, и оно сияет при упоминании этой белокурой стервы, но в тот же момент перекашивается, когда я задаю второй вопрос.
Э: Рот свой закрой! Это только ты у нас способен ломать девчонке жизнь, а потом выкинуть как ненужную игрушку. Наигрался? – Смотрит на меня в упор, а у меня застревает комок в горле, мне нечего ответить, ведь он прав.
М: Нет, еще не наигрался! А что, хочешь присоединиться. Мне кажется не плохое трио у нас получится, помнишь, как в старые добрые в университете. – Подмигиваю ему.
Э: Марк, ты вообще соображаешь, что говоришь или химия разъела остатки твоего мозга? Ты рвался ее спасти, когда на кону стояло все, а сейчас пустил все на самотек? Ты считаешь, что он ее оставит в покое после этого дешевого спектакля? Ты ошибаешься, мой друг, я тебе говорил, что нужно сохранять холодную голову, а не лесть на рожон. Он милая и хорошая девчонка, да, что греха таить она – ребенок, а ты взрослый мужик, которому вытереть член об очередную дырку, как раз плюнуть. Только вот в чем загвоздка, она не очередная! Она проникла тебе под кожу и теперь ты борешься с этим, но чем больше усилий ты прилагаешь, тем глубже она впивается и скоро достигнет твоего сердца, а оттуда ой как не просто вычеркнуть человека. – Я в полной растерянности, если Эрик понял, что это все лишь игра одного актера, то тот человек и подавно. Нужно возвращаться к реальности и приходить в себя. Чувствую, что машина останавливается и снова смотрю на Эрика, ему еще есть, что сказать, вот только внутреннее смятение борется в нем делать этого или нет. – Мы приехали, выходи!
М: Может подымишься? - Я больше не намерен был ему хамить, ведь он ни в чем не виноват, только старается помочь.
Э: Дела. Я ты проспись и возвращайся к работе. – Не отрывая глаз от дороги, говорил он со мной. И когда только я вышел из машины и собирался уже закрыть двери, прозвучало. – Она ночевала у балеруна, надеюсь, хоть он ее сделает счастливо. – Хлопает дверь, и машина срывается с места, оставив меня одного у подъезда. Холод и боль в душе и снаружи и во всем виноват только я сам.
Глава 32 Марк
Я стою под холодными струями душа уже минут сорок пытаясь здрава принять слова Эрика: «Она ночевала у балеруна!». Нет, это бред, такого не может быть, она не такая или…
М: Черт!!!! – кулак летит в кафельную стену душевой кабины. – Сука!!!! Какого я вообще…Да, пошло оно все! – выключаю воду и выхожу из душа. Подхожу к зеркалу и внимательно осматриваю себя в отражении, отмечаю про себя явственное сходство с отцом, только за минусом седины на висках. Опухшее и оттекшее лицо, свидетельство бессонных и нетрезвых ночей, красные и слегка с поволокой глаза, как напоминание о взрослой шалости, о которой я так давно избавился – наркота. В отражение на меня смотрел мужчина, совсем не похожий на меня, не понимающий, что делать дальше, не имеющий цели и ценностей, который погряз в череде проблем и неудач, а все из-за страха. Тупого животного страха перед провалом и возможностью все потерять, где былая хватка и холодный расчет, где тот «фриц», которым восхищался и боялся каждый услышавший. Ополаскиваю лицо холодной водой, снова это воспоминание холодных и колючих голубых глаз Софи, отбрасываю воду в сторону – брызги летят по всюду, образовывая потеки на зеркальной стене. – Хватит! Пора возвращаться к прежней жизни.