И: Что ты там мямлишь? Чего пришла? – Выдыхает клуб дыма, бросив на меня оценивающий взгляд. Вид у меня, конечно оставлял желать лучшего: растекшаяся туш, красные и заплаканные глаза, потрепанные и всклокоченные волосы на голове.
С: Можно войти? – Тяжело вздыхая, наконец, что-то членосообразное выдавливаю из себя.
И: Проходи! Присаживайся! – Указывает мне на стул.
С: Я хочу уволится! – Твердо выдаю я, не смотря в сторону работодательницы.
И: Какова причина? – Она продолжает сверлить меня своим взглядом.
С: Это личное, и я бы хотела это оставить при себе…
И: Марк? – Ей ничего не нужно было объяснять и так все предельно понятно. Я молчала, потому что не знала, что ответить, да и стоило вообще что-то говорить. – Что ж отговаривать не буду, раз решила – пусть будет, по-твоему. – Подходит к своему столу и достает оттуда пачку денег. – Это выходное пособие.
С: Спасибо! – горько улыбаюсь ей, а взамен получаю аналогичную улыбку. Впервые вижу, как эта женщина улыбается, считала, что подобные вообще не испытывают чувств.
Выхожу из кабинета и сбегаю вниз по лестнице наталкиваюсь на Ольгу, ее еще сегодня не хватала для того, чтобы считать этот день бесповоротно потерянным.
О: Эй, Сонечка, говорят от тебя утром клиент выскочил, как ошпаренный. Чем же ты его так напугала, надеюсь, хоть инвалидом бедолагу не сделала? – Звонкий смех в мою сторону. В любой другой бы день я прошла мимо и даже не обратила внимание на скользкую и мерзопакостную стриптизёршу, но не сегодня.
С: Не переживай, Ольга, все важные интересующие тебя органы у него на месте, еще насладишься им. – Выдаю улыбку и двигаю к входной двери, как вдруг она хватает меня за капюшон куртки и тянет обратно.
О: А, ну-ка повтори, что ты там сказала, маленькая дрянь! – Пригвоздив меня в стене начала злобно раздувать свои ноздри Ольга.
С: Я сказала, что ты самая развратная, меркантильная, аморальная и самая духовно падшая женщина. Другими словами, чтобы было предельно ясно твоему маленькому мозгу, ты – шлюха! И мне тебя жаль, пока! – Похлопываю ее по плечу и ухожу, оставляя за спиной стриптиз клуб навсегда, как страшный сон.
Я сижу в непонятной забегаловке и уже который час кручу в руке стакан с янтарной жидкостью. Никогда прежде не пила ничего крепче шампанского на новый год, а тут за последние дни такой колорит напитков. Обвожу уже охмелевшим взглядом заведение и натыкаюсь на парочку, которая сидит в дальнем углу и мило целуется. «Пялится не прилично» - отдёргиваю себя, застав за неприличным занятием. Допиваю остатки жидкости и разглядываю дно стакана, переосмысливая утреннюю ситуацию с Марком. Ведь, когда он только проснулся, то и намека не было на ссору, он был явно настроен по-другому, зачем я только взяла этот долбанный телефон, зачем затеяла этот разговор. Опьянение взяло верх, мозг окончательно затуманился, и я перестала соображать, идя на поводу у эмоций и сердца – беру телефон и набираю, и ищу контакт под названием «МАРК». Гудок, два, три … «Занят!» - грустно осознаю я и уже собираюсь класть трубку, как на том конце ответили.
М: Да! Слушаю.
С: Марк! – Делаю паузу, чтобы не разреветься, вдох-выдох.
М: Соня?! – Мне кажется, или он рад меня слышать? – Что ты хотела? – Уже тон официальнее.
С: Марк, я хотела тебе сказать, что люблю тебя! – Быстро тараторю я, чтобы не передумать, но на том конце повисает тишина, которая, мне кажется, тянется вечность. – Ты еще здесь?
М: Мне очень жаль! Пока! – Короткие гудки, пип-пип-пип….пиииииии. Пациент мертв!
Вылетаю из кафе и бегу по дороге, не разбирая маршрута, не понимая ничего, что происходит вокруг, останавливаюсь, только когда забредаю в знакомые дворы – в свой двор. Поднимаюсь по ступенькам в квартиру и стою у двери, так и не решаясь зайти, что-то не дает мне это сделать. Все-таки собравшись с силами звоню в дверной звонок, но в ответ тишина – никого нет дома. Звоню еще раз, но ситуация повторяется, начинаю стучать и дверь распахивается сама собой.
С: Пап, ты дома? – Ступаю через порог, воспоминания захлестнули новой волной грусти. – Папа, это я Сон…- застываю на пороге своей комнаты и обнаруживаю отца в бессознательном состоянии. Падаю перед ним на колени и трясу, надеясь, что он просто пьян, но запаха алкоголя не чувствуется. – Папа, папа. – Снова трясу и он приоткрывает глаза на секунду, вновь закрывая их. Я реву! – Папааааааааааааа! - Хватаю телефон и звоню в скорою не отпуская от себя единственного родного человека. Вспоминаю, как после смерти мамы он вот так качал меня на руках и обещал, что все у нас будет хорошо. – Папочка, родной, скорая уже едет, все у нас будет хорошо! – Вторила как мантру, обнадеживая своего родственника.