– Мама!
– Я просто хочу, чтобы ты была осторожной.
– О, значит, Даг, будучи женатым и разведенным к двадцати семи годам, служит исключительным примером?
– Дорогая, позволь мне кое-что тебе объяснить, – сказала она, дотрагиваясь до моей руки. – Я люблю тебя и твоего брата больше жизни. Думаю, ты и твой брат – два самых чудесных человека на свете. Я считаю, что ты добрая, щедрая, трудолюбивая и – Бог знает – умная, очень умная… И ты счастливая, Салли, потому что мужчины находят тебя привлекательной, несмотря… ну сама знаешь, какой ты можешь быть.
– И какой же я могу быть, мама?
– Трудной.
Я ждала пояснений, но она молчала.
– Трудной, – повторила я. – Как ты?
Она сняла свою руку с моей и откинулась на стуле.
– А ты сама как думаешь?
– Хорошо. – Я подумала. – Я сумасбродна…
– Дело не в этом, – сказала мать. – Ты бегаешь по кругу словно цыпленок с отрубленной головой.
– Премного благодарна, – не удержалась я от смеха.
– Мне не смешно. У тебя все хаотично, спонтанно.
– Хорошо, хорошо, хорошо, – затараторила я, сдаваясь. – Что еще? Для меня не существует авторитетов.
– Да. Никаких авторитетов, кроме твоего собственного.
– Как долго ты выжидала, чтобы свалить меня наповал? Догадываюсь, я должна научиться себя сдерживать.
– Но не слишком, – сказала мать, подбадривая меня.
– Я нетерпелива.
– Это не твоя вина, милая. Это генетическое, это у тебя от отца.
– Сожалею, что разочаровываю тебя, – сказала я, помолчав. – Но в данный момент я больше не могу думать о своих недостатках.
– Ты лояльна к своим недостаткам, – заметила мать. – И это твое чрезмерное чувство лояльности так долго удерживало тебя рядом с Дагом. Он встречался с другими женщинами, а ты по-прежнему смотрела на это сквозь пальцы.
– Уже нет, мама. – Я отвела взгляд.
Мать помолчала, а затем продолжила:
– Дорогая, послушай меня. Зная тебя так, как я… – Она вздохнула. – Хочу тебе сказать, как все может обернуться.
– Пожалуйста, – мрачно отозвалась я.
– Если в ближайшие несколько лет ты не определишься со своей будущей жизнью, то не будешь знать, что тебе делать, и в последующие десять лет. А если к тому времени захочешь иметь детей, будет уже поздно.
– О Господи, – вздохнула я, закрыв глаза.
– Я просто говорю тебе, что может случиться. Если не хочешь иметь детей, прекрасно – продолжай в том же духе.
– В каком?
– Продолжай вести себя как школьница, а не как тридцатилетняя женщина, которая должна определиться с карьерой.
– При чем здесь карьера? – Внезапно я почувствовала враждебность по отношению к матери.
– Потому что твоя карьера – часть проблемы. Ты должна перестать тратить время зря и сосредоточиться на том, чего действительно хочешь.
Я сидела совершенно ошеломленная и разбитая.
Мать смягчила тон:
– У тебя есть мозги и талант. Мы обе знаем, что работа в «Геральд американ» не цель твоей жизни. Но тебе почему-то захотелось осесть в Каслфорде и продолжать работать в этой газете. Совершенно ясно, что для тебя этого недостаточно. И сейчас, когда тебе выпал такой шанс…
Если я услышу эту фразу еще хоть раз, то закричу.
– И ты поехала в Нью-Йорк, чтобы осуществить мечту своей жизни. – Мать помолчала, затем продолжила: – И что же ты сделала? Проведя в Нью-Йорке всего два дня, ты сейчас сидишь передо мной и говоришь, что кого-то там встретила и потому хочешь порвать с Дагом.
– Но я уже порвала с Дагом!
– Салли, дело не в этом! Ты должна определиться! Ты должна принять решение относительно своей дальнейшей жизни! Ты не должна упускать такую возможность, как эта – статья для журнала «Экспектейшнз», одного из самых популярных в Америке, – и использовать ее как предлог, чтобы крутить роман с человеком, у которого достаточно своих проблем.
– Ведь ты его абсолютно не знаешь! – возмутилась я.
– Что представляла собой его последняя подружка? – спросила мать, повысив голос. – Вне всякого сомнения, смазливая девица без цели в жизни, как и вы оба!
– Мама! – Я была просто потрясена. Мать никогда не была такой. По крайней мере с той самой поры, когда мне было пятнадцать и я угнала среди ночи машину, чтобы отправиться на увеселительную прогулку.
Внезапно мать уронила лицо на руки.
– Ты так похожа на отца! – Она смотрела на меня, и в ее глазах стояли слезы. – Я так люблю тебя. И твоего отца любила так сильно, как уже никогда не полюблю ни одного мужчину. – По ее щекам текли слезы. – Но я не вынесу, Салли видя, как ты тратишь свою жизнь на пустые отношения и второстепенную работу только потому, что не можешь собраться с мыслями и решить, чего же ты хочешь.