– Хочешь сказать, что отец потратил свою жизнь зря?
– Салли, – сказала она, склонившись ко мне, – он был мужчиной. А с мужчинами все по-другому, ты же знаешь. У него была я. Ему бы никогда не справиться в одиночку, если бы я не помогала ему. Его предназначение было не домики проектировать. Он мог бы зарабатывать гораздо большие деньга в корпорации. Но у него были мы, его семья. И он стал таким, каким стал, и я ему это позволила. Я сказала ему, что для меня не имеет значения, сколько денег он зарабатывает. Но ни один мужчина не сделает этого для тебя.
– Догадываюсь, что ты прочитала такую же лекцию и Робу, – сказала я. – Что-то я не вижу, чтобы он обивал порог твоего дома.
– Трудности Роба совсем в другом, – сказала мать, утирая слезы.
– Так в чем же его проблема?
– Он боится потерять.
Я уставилась на нее.
– Это так. Ты готова делать что угодно, чтобы избежать ответственности за свою жизнь, Салли, а он будет делать что угодно, лишь бы избежать привязанности, раз впоследствии может лишиться этого человека. – Она тяжело вздохнула. – Ты ищешь не задерживаясь, а твой брат избегает. – Она снова вздохнула и потерла шею. – А я хочу видеть вас обоих счастливыми, вот и все.
Я сосчитала до десяти.
– Так что, по-твоему, будет лучше для меня? Переехать в Нью-Йорк? Или что-то другое?
– Я знаю, что ты не можешь писать только ради денег, Салли. Это сведет тебя с ума.
– Не вижу ничего плохого в том, что я работаю в «Геральд американ».
– На Ала-младшего?
– Именно так, – ответила я, вставая, чтобы собрать тарелки. – Хорошо, больше не буду, мама. Обещаю. – Я отнесла тарелки на кухню. Когда вернулась, то увидела, что ее взгляд опять устремлен к пруду.
– На самом деле мне не хотелось говорить то, что я сказала о тебе и Робе. Ты меня разозлила.
– Почему?
– Потому что я не хочу, чтобы ты упустила эту возможность. – Она посмотрела на меня. – И меня возмущает, что ты пытаешься переложить на меня ответственность за свою вину.
– Какую вину?
– Ты переспала с мужчиной, которого, по всей вероятности, мало знаешь. Это самоуничижение, Салли, и я не могу делать вид, что не убита этим. – Она отставила свою чашечку с кофе. – Хотя, вероятно, это твоя единственная возможность порвать с Дагом.
Будь я проклята, если покажу ей, что поддерживаю или возражаю против того, что она сказала, но, кажется, мать того и хотела.
– О, Салли, – сказала она, – не будь такой.
– Черт возьми, мама! – Я вскочила с места. – Как, по-твоему, я должна реагировать, когда ты говоришь мне такие вещи?
– Не повышай на меня голос.
Как бы сильно я ни ненавидела ее в этот момент, она моя мать, и я ее люблю и уважаю.
– Тебе не приходило в голову, – продолжила она тихим голосом, – что ты сошлась с кем-то в Нью-Йорке только потому, что изголодалась здесь» в Каслфорде? По той жизни, которая предначертана тебе судьбой?
– И какого сорта эта жизнь?
– Гораздо лучше, чем в Каслфорде, Салли.
Вздохнув, я покачала головой.
– Ты, казалось мне, была счастлива, что я вернулась мой и осталась.
– Речь не о том, чтобы жить здесь. То же самое с Дагом. – Отодвинув стул, она встала. – Не позволяй эмоциям захлестывать тебя, Салли. Пора съехать с наезженной колец чтобы не остаться у обочины дороги.
У меня челюсть отпала, я была готова заорать. «Это я-то на обочине дороги?»
– И ради Бога, – сказала она, взяв со стола кофейник и свою чашечку, – береги свое здоровье.
Бадди Д'Амико стоял на краю футбольного поля в Чешире. Он кричал и прыгал. На нем шорты и рубашка-поло с логотипом Каслфордского гольф-клуба. Когда по свистку судьи был объявлен перерыв в игре, он перестал бесноваться и краем глаза заметил меня. Отворачиваясь, простонал;
– Это несправедливо! Только не здесь!
– Привет, Бадди, – сказала я, подходя. – Твоя команда прекрасно смотрится.
– Да, ты права. – Он не смог сдержать улыбку. – Неплохо поработали.
– Послушай, я привезла с собой Девона. Он хочет сделать несколько фотографий для нашей газеты.
Услышав мои слова, парочка родителей тут же присоединилась к нам.
– Стив, Энджи, – нашелся Бадди, – это Салли Харрингтон из «Геральд американ»! Стив Бернстайн и Энджи Манардо.
Мы обменялись приветствиями, и я спросила, кто их девочки, их имена. Тотчас все записала. Взяв две бутылки воды, для себя и Бадди, стала наблюдать за игрой, крича и свистя, (Я люблю спорт.) Только после того как игра закончилась (команда Бадди победила) и он поговорил с девчонками, прежде чем отпустить их, я подошла к нему.
– Есть новости об убийстве?
– Нет. Подержи – хоть какая-то от тебя польза, – сказал он, сунув мне в руку сумку.