Вона!—засмеялся невесело «анпиратор».—А кто тогда в живых ходить будет? Эх, не показывается мне что-то.. Коряво, коряво выходит. Тогда только и на сердце легко, когда выпьешь да какой-нибудь гладкой девке под бочок подкатишься...
Пугачев смолк и, казалось, отдался дремоте. Сани пролетали мимо ярко пылавших костров и стоявших на коленях мужиков.
Начинало снежить..
ГЛАВА ПЯТАЯ
Р
аздольное, огромное и благоустроенное поместье Шереметьевых принадлежало к числу тех немногих дворянских имений, которые почти не постра- д;ци в дни великой смуты. Может быть, Раздольное спасло то, что пашенных земель и лугов здесь было мило, а десять десятых занимал могучий, местами прямо дремучий лес, чуть ни единственный остаток ( I дрых лесных богатств московского края. Несмет- иые богачи, Шереметьевы, получившие при Петре Пшиком графский титул, из поколения в поколение пыли страстными охотниками и берегли Раздольное кшс охотничий рай, не соблазняясь возможностью
выгод от вырубки леса и заселения своих
пустошей беглецами. Поэтому к тому времени, когда "рцы «анпиратора» двинулись от Казани к Москве, и пределах Раздольного сравнительно с его размерами оказалось ничтожное количество крестьян, да н it и крестьяне, по большей части не землепашцы, п привыкшие жить лесным промыслом, не причини- 1и богатому имению большого вреда. Понятно, поль- и к ь данной «анпиратором» волей и желая восполь- !• шиться и обещанной землей, они объявили своей | обственностью все пахотные и луговые земли, окру кавшие их малолюдные поселки, вырубили не-
колько сот десятин коренного мачтового леса под предлогом запаса на постройку новых изб, пошар- • | | I it рассеянные в лесу отдельные барские мызы, | де кили шереметьевские лесничие, надсмотрщики и | рипостные охотники. Но на выстроенный в петров-
| не времена барский дворец, носивший название
Охотничьего, посягнуть не осмелились. Тут, кстати, неведомо откуда вывернулся шустрый выходец с Вологды Питирим Чугунов, бывший прежде одним из многочисленных управляющих в каком-то из родовых имений Шереметьевых,— человек с действительно чугунными кулаками и медвежьей силой, к тому же стоявший во главе целого племени таких же лесных медведей и сопровождаемый целым отрядом вымуштрованных псарей и гайдуков, вооруженных до зубов и отлично умевших управляться с оружием. Имевший свои планы на будущее, Питирим Чугунов или, как его звали крестьяне, Питимка Чугун, не долго думая, сейчас же стал действовать от имени нового «анпиратора» и объявил, что Раздольное отписано в казну и впредь все огромное имение «грах- вов», бежавших за границу, будет царской собственностью и охотничьим угодьем. Он железной рукой прекратил бестолковые порубки леса, разрушение сторожек, вторжение обнаглевших деревенских парней в Охотничий дворец и расхищение хозяйственного инвентаря. Попробовала устроить на Раздольное набег какая-то бродячая шайка грабителей. Чугун, не долго думая, встретил грабителей дружным ружейным огнем. Кто не был убит и не успел сбежать, был подвергнут свирепой порке. С тех пор отпала охота у грабителей лезть в хорошо охраняемое Раздольное.
При помощи своих дальних родственников Чубаро- вых Питирим Чугунов добился доступа к самому «ан- пиратору», которому на первый раз бил челом подношением целого набора дорогих охотничьих ружей «аглицкой работы», отобранных, разумеется, из собраний Шереметьевых. Он безбожно, но умело льстил «батюшке белому царю, природному государю» и вошел в его милость. Пугачев утвердил Питирима в должности главного управляющего Раздольным и прочими к нему приписанными имениями Шереметьевых и, отпуская, сказал:
Старайся, мил-человек!
Для твоего царского величества — разопнусь! Кому хошь горло перерву! Да мы, Чугуновы...
Теперь, незадолго до полуночи 26 декабря Пити- рим Чугунов имел счастье торжественно принимать и Раздольном прибывшего на медвежью охоту «анпиратора».
Сам Чугунов вместе с семейными и всеми его плпжайшими помощниками по управлению имениями Н1г|юмстьевых, получив весть от выставленных по доро- iv дозорных, что царский поезд приближается, вышли m I |>стить приезжих за монументальные каменные ворога шереметьевской усадьбы, где еще с ранних суме- ргк пылали огромные костры и смоляные бочки. Все ом ли разряжены по-праздничному. На дворе перед двухэтажным Охотничьим дворцом горели сотни нашит, IX салом плошек. На каждом окне здания пыла- ми десятки свечей. Люди шереметьевской охотничий команды в чекменях и в высоких казацких шапках стройно стояли от ворот до подъезда шпале- 1>.|ци, держа в руках смоляные факелы. Все вместе представляло красивое и торжественное зрелище, и Пу- гнчов, которому долгое путешествие по покрытым сне- гими полям и перелескам сильно наскучило, сразу по- иосслел.