Кивнул.
— Много?
— Бессчетно, — сказал я.
— Это так не похоже на хозяев, — сомнительно покачал головой Пол. — У них никогда не было долгов. Напротив, мистер и миссис предоставили мне огромный кредит, когда я женился. И ни разу не поторопили.
— Конечно, мистер и миссис живут душа в душу?
В ожидании ответа промелькнуло несколько столетий.
Готов поклясться, что я не собирался вдаваться в подробности чужой жизни, но любопытство узнать нечто большее, чтобы знать, как действовать, взяло верх.
Пол задумался.
— Я не обсуждаю хозяев, — сказал он.
— Уважаю.
Сказав это, я улегся на скамью и сделал вид, что собираюсь спать.
Пол удивленно посмотрел на меня.
Я видел, что ему жаль вот так обрывать разговор.
До утра было еще далеко.
Мы не испытывали враждебности.
Сержант дремал за своим столиком, а наши «боевые раны» пекли и все равно не дали бы заснуть.
— Миссис Маклейн красивая женщина… — услышал я голос из-за соседней решетки. — Но, как говорят в поселке, странная. Может пройти мимо и не поздороваться. Дружит только с одной дамой — миссис Страйзен из сорок седьмого дома. Миссис Страйзен здесь считают немного… не в своем уме. Вы бы видели, какой беспорядок в ее саду! Миссис Маклейн ходит к ней ежедневно. Больше ничего не могу сказать.
А я больше ничего не хотел знать.
Однако Полу было интересно, откуда я и почему хозяин решил поиграть со мной в «переодевалки».
Я удовлетворил только первую часть его любопытства, посвятив остаток ночного времени рассказам о моей стране.
Надеюсь, садовник Пол получил достаточно интересной информации, чтобы переваривать ее следующие несколько недель.
…Из отделения мы вышли вместе.
Как и обещал, я взял вину за ночную схватку на себя.
Мигель поручился за меня, пригласил сержанта со всей семьей на бесплатный просмотр нашего фильма.
Дезмонд потыкал ему в лицо несколькими вырезками из газет, где красовались наши победные рожи.
Лиза вежливо извинилась за мое поведение, присущее «творческим людям».
А я поклялся замечательному сержанту никогда не смешивать виски с портвейном.
Что такое «смешивать виски с портвейном», он не понял, но расчувствовался, узнав, что перед ним «покорители Голливуда».
Попросил Деза помочь получить автограф Питера Рэдклиффа для своей дочери и, выписав символический штраф, провел нас к выходу.
Все сложилось как нельзя лучше.
В ресторане добросердечного Мигеля нас ждал замечательный завтрак с новым фаршированным каплуном, к которому мы пригласили и пострадавшего Пола.
Солнце светило.
Тихий океан поднимал и закручивал свои белые гребни, похожие на трубочки «айс-крим», которое продавцы-китайцы набирали теплыми лопаточками в вафельные стаканчики счастливых отдыхающих.
На горизонте выпрыгивали из воды дельфины.
В изгибах волн выскакивали серфингисты.
Лиза была в новом белом сарафане…
Дез нес ее корзину…
Мигель громко здоровался чуть ли не с каждым прохожим…
У меня перестало ныть запястье и пожелтел синяк под левым глазом…
Сержант Маркус Дрейк стоял на пороге отделения, мечтая об автографе Гарри Поттера.
Все сложилось как нельзя лучше.
Кроме одного: мы не нашли то, ради чего приехали…
Нью- Йорк, 2013 год
Миссис Маклейн
…Вечер в Нью-Йорке после окончания фестиваля Трайбека выдался дождливым, как и два предыдущих. Ресторанчик на первом этаже гостиницы «Джонсон» был забит народом.
Но столик, который заказал Збышек еще вчера, стоял посреди шумного океана, словно остров, недосягаемый для тех случайных гостей, которые забегали сюда спасаться от дождя.
Збышека Залески здесь уважали.
Он сосредоточенно вытащил салфетку из позолоченного колечка, расправил ее на коленях и с тревогой посмотрел на свою спутницу:
— Ты куда? Сейчас принесут еду.
— Мне надо позвонить.
— Звони здесь, — ревниво хмыкнул Збышек.
Но она встала и пошла к выходу.
Он с тревогой смотрел вслед.
Каждая минута, проведенная с ней, казалась ему золотой. Теперь этих минут меньше.
Улица дышала свежестью вымытого асфальта.
От расплывчатых отпечатков света, которые, как экзотические рыбы, плавали в лужах, поднималась легкая пыль. Плотный ряд автомобилей, припаркованных перед рестораном, скалился в широких улыбках.