Северная Шотландия нечасто радует теплом.
У нее был только маленький ручной чемоданчик и тот — полупустой.
Идя гулкими коридорами аэропорта, она купила в палатке «дьюти фри» зеленую куртку, закуталась в нее. Но это не помогло умерить дрожь. Когда она прекратится — одному Богу известно, может, теперь и никогда.
Главное — не думать.
Все мысли остались в воздухе, запутались, перетекли одна в одну, как облака, приняли другие формы — и теперь улетают в никуда.
Некий воздушный кусок боли.
Джош спасен от позора. Как он переживет ее исчезновение, даже думать не хочется…
Счастливые супруги на красной дорожке. Хорошо, что не нарушила течение этого десятилетия. Нашла в себе силы…
Збышек Залески с его преступными перспективами…
Мелани?
Удивительно!
Как тогда, когда-то давно, так и теперь на ее пути — старушка.
Но в доме на горе Анна Тарасовна, с ладонями, измельченными черными параллелями и меридианами, скрюченными, как знак вопроса: «Откуда ты свалилась на мою голову?»… Эта — миссис Мелани Страйзен, калифорнийская миллионерша…
Той было лет восемьдесят. Этой не меньше.
Но дожила ли Тарасовна до девяноста? Где она сейчас, что с ней сейчас? Есть ли кому воды подать?
Вспомнилось, как будто было вчера: «Если я устану от жизни, если буду иметь выбор, где закончить свои дни, я вернусь! Даже если буду жить на другом конце света…»
Далеко же придется возвращаться.
Но время еще есть.
И дней впереди ох как много.
И пейзажи за окном такси, везущего в Тейн, — так похожи на те, другие, виденные в последнее время только в снах.
Широкие зеленые луга с рапсовыми полями, тянущиеся за горизонт. Овцы — лохматые, толстые, большие и маленькие, стада тучных белых коров.
Только дома отличаются.
Все они из черного камня, похожие на средневековые. Вокруг них нет деревьев — только газоны, как зеленые ковры. Скорее всего, это и есть травяные ковры, которые меняют раз в месяц. Никто не косит, не выкапывает сорняки, не сажает в огороде картофель. И огородов нет. Перед домами заасфальтированные площадки.
Два часа езды — и одно и то же: пригород с черными домами под готическими крышами.
Зеленые луга, синие озера.
Одно из них легендарное, где живет неизвестное чудовище, — Лох-Несс.
Переехали мост.
— Полчаса, и мы в Тейне, — сказал водитель. — Вам куда именно?
Она встрепенулась, заглянула в бумажку, назвала адрес.
Через полчаса авто въехало в разбросанный по горным долинам фермерский городок, она пыталась угадать, где остановится. Но проехали почти весь город.
Остановились на окраине. «Приехали!»
Она расплатилась и вышла.
Авто уехало.
Она осталась одна на тропе, застеленной мелким белым гравием, вдоль которой зеленел такой же ровный травяной ковер, как и везде.
Тропа вела к двухэтажному зданию из черного камня. Перед зданием стояло несколько недостроенных, но достаточно живописных служебных помещений — гараж, конюшня.
Воздух был стерильным и прозрачным, просеянным сквозь легкие гор и сосновых лесов.
Вокруг — ни души. И такая стерильная тишина, что заложило уши.
За зданием стлалось поле с высокой, очевидно, уже не искусственной травой — тянулось до гор, возвышавшихся далеко и казавшихся синими.
В ее кармане лежала брошюра, которую взяла в Абердине на раскладке.
…Тейн — королевская крепость, основанная во времена древних пиктов. В настоящее время — территория графства Россшир, родина дома Гленморанджи — крупнейшего производителя солодового виски.
Того самого, один «дрем» которого надо пить в пять подходов.
Теперь она знает об этом наверняка…
Окна дома не выдавали человеческого присутствия. Рядом не наблюдалось ни кафе, ни магазина — и вообще любого другого дома, куда можно было бы постучать и попроситься на ночлег.
Она представляла Северную Шотландию именно такой: прозрачной и прохладной, как хрусталь, опущенный в воду синего озера.
И такой же безлюдной, как Луна.
Она тихо пошла в направлении каменного здания. Гравий шуршал под ногами, создавая в тишине невероятный шум.
Вероятно, услышав его, дверь дома приоткрылась. Затем распахнулась, и в нее выкатился маленький лысый человечек в черном праздничном костюме.
— Миссис Энжи Маклейн? — приветливо произнес человечек, протягивая ей сразу обе руки. — Где ваши вещи? Я — Шон. Мелани просила, чтобы я подготовил дом. Мы с женой ждали вас.