— Она говорит, что ее зовут Эйя. Это дочь Лаймана. Он послал ее за Вами, чтобы показать Вам хижину, где Вы можете жить. У этой страны свои обычаи, Вам стоит их принять.
— Я уже понял, что не стоит игнорировать Акханэ, — Марко усмехнулся, потирая живот, и направился вперед, Эйя нагнала его и стала вести к скромному маленькому бунгало. Начо остался на месте, глядя на удаляющийся силуэт сеньора Конте.
Уставший с дороги Марко зашел в свою хижину и лег на кровать, накрываясь каким-то лоскутком легкой ткани. Несмотря на то, что тело его желало восстановить силы, мысли, захлестнувшие разум не давали этого сделать. Он ворочался около часа, прежде чем уснуть. И все еще мозг его не мог до конца поверить в происходящее.
Ночью Марко настиг странный сон. Он не чувствовал своего тела, не мог управлять им. Словно кто-то решил прокрутить в его голове киноленту, предлагая только кадры, повлиять на которые не представлялось возможным. Перед ним стояла Офелия, на фоне каких-то деревьев. Она улыбалась, а порывы ветра поднимали ее белоснежные локоны, застилая личико. Бледные розовые губы что-то говорили, но кроме звука ветра и пения птиц ничего не было слышно. Еще мгновение и ее глаза наполнились ужасом. Она побежала прочь. Какое-то время Марко мог наблюдать только ее удаляющийся силуэт, но вскоре кадр начал приближаться. Вот девушка повернулась, ее рот открылся, словно она кричала, затем голубые глаза закатились, и она упала. Все вокруг начало меркнуть. Внезапно Марко смог поучаствовать в этом, он упал на колени и увидел бледное тело своей возлюбленной. Скинув с ее лица упавшие локоны, он ужаснулся. Лицо Офелии было в крови. Паника. Страх. Гнев. Отчаянье. Все пронеслось в голове Марко. К ним кто-то подошел. Дрожащий Марко поднял голову и увидел Пеларатти, застегивающего ширинку. Он что-то сказал, но звука все еще не было. Марко попытался встать, но не смог. Его словно пригвоздило к земле. Ноги стали ватными, а тело словно весило тонну. Просто не в силах встать. Он глянул на Офелию, на глазах выступили слезы. «Мама». Марко кричал, однако звука из горла не вылетало. Лишь пение птиц вокруг и стрекот кузнечиков. «Он не позволит поступить так с тобой». Чей это голос? Почему Марко его слышит? «Он уже все решил». Парень посмотрел по сторонам. Никого, кроме Пеларатти, лицо которого перекосилось от бесшумного смеха. Внезапно, мужчина замер. Глаза округлились, а из рта хлынула кровь. Он упал навзничь рядом с Офелией. За ним стоял маленький Марко, лет четырнадцати. В его руках была бутылочка уксуса. «Только так, сеньор Пеларатти».
Марко поднялся на кровати, по его обнаженному телу струился пот. Этот сон забрал все жизненные силы, которые он должен был получить за ночь. Голова болела. Тревога. Страх.
Ночь закончилась, а сил у Марко не прибавилось. Он встал с постели, умылся в чашке с водой, которую приготовила ему Эйя. Девушка сидела рядом и улыбалась. Любопытно, какие мысли были у нее в голове.
— Сеньор, Вы хотели испытаний, — ворвался в жилище Начо, — Лайман идет Вам на уступки. Вы должны убить пуму.
— Пуму?! — вопросительно повторил Марко и посмотрел на парнишку, тот пожал плечами, загадочно улыбнулся и вышел из домика. Эйя в эту же секунду накинулась на грудь Марко, что-то быстро шепча. Она смотрела на него так умоляюще, срываясь на слезы. Осознание того, что все будет сложно пришло сейчас, но не испугало Марко. Он убрал от себя девушку и вышел на улицу, где его уже ждала толпа людей с копьями. Они ритмично повторяли какое-то слово, Лайман стоял в центре, улыбался и победоносно смотрел на Гостя. Тот же в свою очередь кивнул в знак приветствия и сделал шаг вперед.
****************************************************************************************************************************
Он вернулся к вечеру этого же дня, тащя за собой тело мертвого животного. Одежда Марко была порвана, была в крови. Пума полетела по земле в сторону Акханэ, который стоял у центральной площади. Обессиленный Марко упал на колени, он едва мог дышать.