Задыхаясь и теряя тень мироощущения, растворяясь в ее губах, он чуть не потерял и голову. Клэр же выскользнула из рук и спросила, задыхаясь:
— К тебе или ко мне?
Ноктис покраснел от такой прямолинейности, хоть ему и было 27. Сын профессора оказался слишком правильным и старомодным в некоторых вещах. Ему хотелось, чтобы с Клэр все было правильно, словно он нес ответственность за свою студентку.
— Ты уверена, что хочешь этого так… поспешно?
Клэр, уже решившаяся, а значит несущаяся на всех порах, прикусила распухшую от поцелуя губу.
— А ты хочешь, чтобы я передумала? Не вижу смысла терять время…
Мурашки пробежали по его спине. Что-то внутри нашептывало Ноктису: если он отпустит её сейчас, то больше никогда не сможет поймать момент.
— Чёрт, ты слишком быстрая для меня, — признался он. — Я… Если ты потом пожалеешь?..
Клэр прихватила его за рубашку на груди и притянула чуть ближе к себе, выдохнув:
— Так постарайся, чтобы не пожалела.
Губы его дрогнули в улыбке.
— Ко мне, — сказал Ноктис, так как нравилось Клэр — коротко, четко, уверенно.
***
Они ввалились в его квартиру, начав поцелуй ещё на пороге. Ноктис лишь успел захлопнуть входную дверь. Нащупать выключатель света не получилось. Клэр дернула его в сторону, и Ноктис что-то снес в потемках, но не остановился. Ему нравилось все. И то, как её руки торопливо пересчитали пуговицы его рубашки. Как она дернула ткань из его брюк. Клэр была чертовски горячей, он всегда это знал и чувствовал. И получить наконец от неё этот чистый заряд сексуальности было до мурашек лестно и приятно.
Клэр хотела его не меньше, чем он её, и она абсолютно не стеснялась. Это он украдкой бросал все время взгляды на девушку, в тайне однажды надеясь перейти грань и коснуться. Клэр же просто брала то, что хотела — здесь и сейчас. Когда руки её скользнули к ремню его брюк, Ноктис последним усилием воли повернул её и прижал к стенке, подхватывая под бедра, утопая губами в умопомрачительной бархатистой коже на шее.
У Лайтнинг перехватило дыхание от этой резкости и уверенности. Она крепко обняла Ноктиса, а тот пошёл вперёд, бог знает, каким чудом ориентируясь в темноте. Почувствовав мягкость кровати под спиной и упоительную тяжести тела Ноктиса, она лишь сильнее сдавила его в руках, прикрывая ресницы и наслаждаясь моментом.
Он нежно покусывал её шею, пока пальцы под тонкой майкой скользили вверх к груди без белья, изучая мягкость и упругость, скручивая и оттягивая чувствительные соски. Лайтнинг не удержалась и в голос простонала, выгибаясь навстречу. Ноктис задрал чертову майку под её горло, впиваясь губами в нежную грудь, играя языком с вишенкой соска.
Пальцы ловко расстегнули и стащили с неё джинсы. Пришлось на мгновение оторваться от нежной груди, сдергивая их до конца. Зато Ноктис урвал момент и щелкнул по лампе на прикроватной тумбочке.
Свет залил глаза Лайтнинг, она разочарованно выдохнула, но лишь до того момента, как зрение восстановилось, и она увидела — Ноктис снимает рубашку, наконец показывая весь запомнившийся ей рельеф и плечи. Он скинул брюки следом и не отрывал взгляда от неё в задранной до шеи майке и белых хлопковых трусиках, как будто был готов их сорвать чуть ли не зубами.
Ноктис… её профессор, показавшийся Лайтнинг слишком занудным при первой встрече, сейчас нарушал все правила и границы из-за неё. Но стать его безумием было так приятно.
Ноктис развёл её колени, занимая место и наклоняясь. Клэр зарылась пальцами в его волосы, целиком и полностью одобряя и благословляя его губы и шальной язык, пока тот очерчивал подтянутую линию её живота и спускался вниз.
Его же пальцы поддели край трусиков на бедре, медленно спускаясь к ластовице. Ноктис стянул их, опускаясь лицом между самых прекрасных в его жизни ног. Вдыхая терпкий запах и желая вылизать её, как самое сладкое мороженое.
Лайтнинг выгнулась от двух пальцев, проникнувших под нужным углом. Чертова физика — он нашел точку и рычаг, чтобы перевернуть её. Она судорожно задохнулась, теряя себя под этими ласками.
Собирать себя по осколкам после было сложно. Она открыла глаза. Ноктис смотрел на неё внимательно:
— Ты в порядке? — спросил он так, что она невольно улыбнулась.
Твою мать… она в порядке!
— Дальше? — спросила она тихо.
Ноктис ответил такой же ошалелой полуулыбкой и дернулся к тумбочке за презервативом. Шелест фольги заставил её приподняться на локтях, оглядывая его спальню. Но взгляд в конце концов остановился на том, как он раскатывает латекс по члену. Вид его возбуждения — твердого и красивого — заставил Лайтнинг потянуться к нему рукой, помогая.