Их глаза встретились, когда он ощутил её теплую руку на своей плоти. Она снова невольно брала над ним верх. Ноктис, следуя её руке, припал между бедер. Клэр сама направила его туда, где было пусто. Он наконец не спешил с ней, наслаждаясь каждым мгновением, каждым толчком. Её жаром и самозабвенными стонами, когда он делал все правильно. Когда им обоим было прекрасно и хорошо.
На пике сумбурного ритма, Клэр, застонав, выгнулась. Она так потрясающе и самозабвенно кончала, что он мог бы от одного этого звука излиться. Задыхаясь и теряя разум, Ноктис последовал за ней в этой гонке до самого конца.
***
Будильник омерзительно зазвенел. Лайтнинг проснулась, утыкаясь лицом в мужскую грудь и с трудом вспоминая. Это Кэлум — её профессор.
«Черт!» — пронеслось в ее голове, но Лайтнинг улыбнулась. Она ничуть не жалела о произошедшем. Вот только как они посмотрят друг другу теперь в глаза? От утра многое зависело. Это интрижка на ночь, чтобы разрядиться, или что-то иное?
Лайтнинг почувствовала, что её сдавливают в крепких объятиях. Ноктис, так и не проснувшись, стиснул руки. Клэр осторожно выпуталась из их власти. Его будильник прозвенел достаточно поздно, до первых лекций оставалось 40 минут — она не успеет съездить домой. Лайтнинг вслух чертыхнулась и разбудила тем самым Кэлума.
Ноктис, проморгавшись, смотрел на обнаженную Лайтнинг как на чудо.
— Так мне это не приснилось? — улыбнулся он.
— И часто я тебе снюсь? — нервно усмехнулась Клэр, поднимаясь и ища свою одежду.
Ноктис мгновение молчал, подбирая остроумный ответ, но сдался и честно признался:
— Каждую ночь…
***
Клэр расстегнула верхнюю пуговицу рубашки. За десять лет она так и не привыкла носить их и душные костюмы, хотя статус обязывал. Она, надо же — нервничала. Впереди предстояла новая веха в её карьере — представление исследовательского проекта комиссии. Вот только как назло она умудрилась забыть одну важную папку дома.
Каждая минута длилась для неё как вечность — вдруг он не успеет? Но дверь кабинета открылась ровно за четверть часа до выступления. Замотавшийся и вырванный с занятий Ноктис приехал сразу. Он нес в руках пиджак и её папку, оставшись в простой чёрной футболке, обтягивающей грудь.
Клэр выдохнула. Ноктис протянул ей бумаги, касаясь щеки губами.
— Успел, — шепнул он лукаво. Лайтнинг потёрла щеку от его погрубевшей с возрастом щетины. Она все еще любила его, а Ноктис… Он обожал её — с каждым днём только сильнее.
За эти годы они многому научились друг у друга. Она переломила все свои страхи и посвятила себя исследованиям и научной работе. Если бы рядом с ней не было его примера и плеча в качестве опоры, она не смогла бы. Он взял от неё бунтарство и умение становиться прямолинейным в своих целях.
Они притерлись, как два осколка стекла в море, стерев все углы и грани. Синхронизировались, став двумя идеальными параллельными графиками на ленте совместной жизни.
Конец