— Мне больше нравилось, когда ты молчал, — с ноткой мстительности прошипела она, задев его коленом.
Ноктис посмотрел на это движение свысока, не отвечая, хотя её нога так и манила коснуться белой гладкой кожи, такой беззащитной перед чёрной тканью его костюма.
Он коротко выдохнул и опустился на один с Клэр уровень, чтобы смотреть ей в глаза и говорить было легче. У нее самой перехватило дыхание от вида того, что Кэлум встал перед ней почти на колени.
— Я могу чем-то помочь тебе? — такой искренний тон при таком пошлом предложении.
Он поймал ручки кресла, хотя так и не коснулся самой Клэр. Ноктис все ещё вёл дипломатические игры, держа уже по-идиотски глупую дистанцию. Впрочем Клэр понимала, что с ней по-другому нельзя. Это она должна решать всё. Она языком проверила остроту своих зубов, прежде чем на пробу томным движением коснулась ногой его ребер. Ноктис не отвёл взгляда, почти демонстративно задержав дыхание, и Клэр это польстило — захотелось пойти дальше.
— Тебе не кажется, что это уже домогательство? — спросила она, как всегда противореча сама себе.
Ноктис наконец поймал её коленку ладонью, та идеально легла в руку. Он усмехнулся и уточнил:
— С чьей стороны?
Клэр прикусила губу вместо ответа.
Она может себе позволить это! Фэррон сильнее многих и может делать то, что запрещено другим. Нарушить правила и границы. Переспать со своим телохранителем. Просто потому, что она этого хочет.
Клэр подалась вперёд. Синие глаза Ноктиса неотрывно смотрели на неё. Вместо согласия она подарила ему поцелуй.
Ей ведь нравилось отражаться в его зрачках, как сейчас — откровенно привлекательной. Одетой так неприлично, чтоб ему хотелось одного — раздеть её уже до конца. При всем этом желание было про её полную и безоговорочную безопасность рядом с ним, потому что контакта хотела прежде всего Лайтнинг…
Это почти иронично — он её телохранитель.
— Ты ведь сделаешь всё, что я попрошу? — она уточнила урывком между горячих и влажных переплетений их языков.
«Глупый вопрос», — звенело в его голове. Прикасаясь ладонью к её бедру, скидывая с себя пиджак, Ноктис думал: «О, да, я сделаю всё». В доказательство он опустился ещё ниже и провел губами по внутренней стороне бедра Лайтнинг. Недостаточно высоко — около колена, юбка мешала добраться до большего, но от этого не менее эффективно. Ведь он услышал её судорожный вздох.
— Я думал, что ты умеешь только приказывать, — все же усмехнулся Ноктис.
Клэр, запустив в его волосы пальцы, дернула и с толикой мести прошептала по-французский:
— Putain de salaud*, — впервые позволяя себе в его присутствие грязно выругаться. И пусть вряд ли он её понял, даже в этом Клэр почувствовала капельку предательского доверия к нему.
Кэлум не отстранился от неё, а в уголках глаз, похоже, искрилась усмешка. Действительно — ублюдок не меньше — она его нанимательница, немножко надломленная, выпившая и чересчур жесткая. Но ничто из этого списка его не смущало.
— Презервативы? — холодно и по-деловому уточнила она, отпустив Ноктиса.
Он, отведя наконец наглый взгляд, достал бумажник из заднего кармана и также легко, как подавал визитку, протянул ей фольгированную упаковку. Взгляд вернулся к Фэррон, как вызов или просьба не отступать.
«Куда отступать?» — подумала она и перехватила презервативы. Вместо слов встала. Ноктис поймал её за бедра. Смотря на него сверху вниз, она медленно возвращала себе и уверенность, и силу, потерянные сегодня. Она потянула за молнию юбки, Кэлум помог стянуть её на пол. Ладони сами нашли путь под её рубашку по мягким линиям плоского живота.
До груди он не успел подняться. Клэр наклонилась, перехватив его галстук, и потянула, переступая юбку, вынуждая идти за собой. Петля болезненно впилась в горло, но он терпел до тех пор, пока она не встала перед столом, кинув туда презервативы.
Возвращаться к его взгляду было сложно. Клэр повернулась не спеша. Ноктис сдернул галстук от греха подальше и швырнул куда-то следом за её юбкой и своим пиджаком. Он начал сосредоточенно расстегивать свою рубашку.
Клэр и забыла, что он выше её, когда она без каблуков, а плечи его достаточно широки, за ними вправду можно было спрятаться от опасности. Лайтнинг осела на край стола, когда он дошел до манжет. Руки её невольно потянулись к виднеющимся кубикам пресса и светлой коже. Прикосновение к горячему телу мужчины заставило её вздрогнуть. Они снова пересеклись взглядами, и Ноктис поймал её ладонь, прижимая к себе сильнее: «Все, что ты хочешь».
Клэр разомкнула языком пересохшие губы, чувствуя себя пойманной с поличным. Подушечки его пальцев тут же коснулись ее скулы. Так противоречиво нежно в сравнение со всеми её грубыми движениями. Он наклонился, касаясь губ Лайтнинг. Теперь пуговицы женской рубашки подверглись бережной атаке.