Круг выдохнул. Томирис чуть прищурилась, словно уже строила план. Я поймал взгляд Адемы — она смотрела на меня с тревогой, но тут же отвела глаза, будто боялась выдать секрет. Доктор? Или что-то личное?
— День начался, — объявила Айжан. — Обвиняйте, стройте теории. Пять минут до голосования. Кто мафия?
Куаныш кашлянул:
— Может, мафия затаилась? Поэтому никто не умер.
— Или доктор попал в яблочко, — хмыкнул Марат, скрестив руки. — Такое бывает.
— Я бы смотрел на тех, кто вообще не шевелился, — Алданыш прищурился, глядя на Чингиза. — Ты, например, сидел как статуя. Слишком тихо для мирного.
— Это аргумент? — спокойно спросил Чингиз, — Я просто не дергался.
— Ага, и это делает тебя либо дисциплинированным мирным… либо опытным мафиози, — заметил Марат.
— Ты слишком активно ищешь, — вставила Томирис. — Это обычно первый признак того, что хочешь отвести внимание от себя.
Я молчал, вглядываясь в лица. Кто-то болтает, чтобы отвлечь, кто-то затаился, чтобы спрятаться. Я искал трещину в их масках, но боялся, что раскроют мою.
— А кто вообще не говорил? — Амира поправила очки, стрельнув взглядом в мою сторону. — Альтаир?
Адема чуть подалась вперёд, но я быстро вскинул руку, останавливая её. Если она за меня вступится, мафия догадается, что она доктор.
— Я просто слушаю, — сказал я, стараясь звучать спокойно. — Не мастер игр, вот и молчу.
Внутри кольнуло: опять «отсталый», не успевающий за другими?
— Удобная позиция, — хмыкнул Алданыш, прищурившись.
Он много улыбается, но слишком часто говорит первым. Как будто хочет управлять тоном и направлением нашей беседы.
— Время вышло! — Айжан хлопнула в ладоши. — Голосуем!
Круг загудел. Марат ткнул пальцем в Чингиза: «Ты подозрительно тихий!» Алданыш кивнул на Марата: «А ты слишком громкий!» Куаныш нерешительно пробормотал моё имя. Большинство пожали плечами, не выбрав никого.
— Никто не выбыл, — объявила Айжан, хитро улыбнувшись. — Ночь наступает.
Я выдохнул, но тревога не отпускала. Кто-то в этом кругу уже примерил маску убийцы.
Ночь вторая
Глаза закрылись. Я вслушивался в тишину, ловя каждый звук. Лёгкий шорох слева — кто-то шевельнулся, нерешительно, будто боялся выдать себя.
— Мафия делает выбор, — голос Айжан резал тишину, как нож.
Я замер, чувствуя, как холодок пробежал по шее. Кто-то в этом кругу уже выбрал жертву. И я боялся, что следующий — я.
— Мафия засыпает. Просыпается доктор.
Я вспомнил, как Адема быстро спрятала карту в прошлый раз — точный жест, без сомнений. Доктор?
— Доктор засыпает. Просыпается шериф.
Тишина. Только лёгкий скрип стула где-то в центре. Я сжал кулаки, боясь выдать себя дыханием.
— Город просыпается.
Я открыл глаза. Круг замер в напряжённой тишине. Айжан выдержала паузу, её глаза хитро блеснули.
— Ночь унесла одного. Марат, ты погиб.
— Да ладно! — Марат хлопнул себя по коленям, но в голосе сквозило разочарование. — Я же даже не разошёлся!
— Тихих убирают первыми, — пробормотал Куаныш, теребя край футболки. — Чтобы не путались под ногами.
— Или чтобы запутать нас, — Томирис прищурилась, её взгляд скользнул по кругу, но задержался на мне. Слишком холодный, слишком выверенный.
— Что думаешь? — шепнула Адема.
Я наклонился к ней:
— Мафия играет хитро. Марат был лёгкой мишенью, чтобы сбить нас с толку.
— Погодите, — Чингиз поднял руку, голос ровный, но твёрдый. — Кто тут болтает, но не даёт фактов? Алданыш, ты, например.
— Я? — Алданыш хмыкнул, откинувшись назад. — А ты сам подозрительно умный.
— Может, Маргулан? — Амира поправила очки, её голос дрогнул. — Он молчит, но всё время косится.
— Ты тоже не болтливая, — буркнул Куаныш, сжав кулаки.
Голоса переплелись: Амира ткнула пальцем в Куаныша, Алданыш качал головой, Чингиз смотрел на всех, как шахматист перед ходом. Я наблюдал: Алданыш разбрасывает обвинения, но тут же отступает, будто проверяет нас. Томирис молчит, но её взгляд — как рентген, выискивает слабину. Она играет слишком умно.
— Мы ищем не там, — сказал я, наконец решившись. — Смотрим на громких, а мафия затаилась.
— Умно, — кивнул Чингиз, прищурившись. — А ты кто?
— Мирный, — ответил я, стараясь не выдать дрожь в голосе.
— Ну-ну, — хмыкнул Алданыш.
Голосование началось. Амира нерешительно указала на Маргулана, Чингиз ткнул в Алданыша, кто-то буркнул моё имя. Большинство мялись, не решаясь.
— Итог! — Айжан вскинула брови, перебирая карты. — Маргулан, ты выбываешь. Город засыпает.
Ночь третья
Я закрыл глаза, и тишина сжала виски. Где-то в этом кругу мафия выбирает жертву.