Подойдя к нужной двери, я провёл ключ-картой по замку — зажглась зелёная лампочка, и замок с лёгким щелчком отперся. Я вошёл в номер.
Комната оказалась весьма просторной — около двадцати квадратных метров. Планировка включала в себя две отдельные зоны и санузел, всё выдержано в минималистичном стиле с преобладанием тёмно-синих оттенков. В коридоре стояли обувница и небольшой шкаф. С правой стороны — дверь в совмещённый санузел с душевой кабиной, раковиной, навесным шкафчиком с зеркалом и унитазом. Напротив — мини-кухня с гарнитуром и барной стойкой со стульями. В конце комнаты находился выход на балкон, а слева — диван и рабочее место с ноутбуком и письменными принадлежностями. Справа от стола была дверь, ведущая в спальную — с кроватью, шкафом-купе, тумбочками по бокам и панорамным окном.
Нельзя было не признать — условия действительно впечатляли. Это скорее походило на номер в хорошем отеле, чем на типичную студенческую комнату. Всё было предусмотрено для комфортной жизни. Не каждый университет может позволить себе столь щедрое отношение к студентам, особенно без дополнительных взносов. Похоже, здесь действительно заботились о благополучии обучающихся.
Оставив чемодан у кровати, я открыл шкаф. Внутри висели две пары строгих костюмов тёмно-оранжевого цвета с вышивкой необычного символа, а также две пары спортивных костюмов того же оттенка, украшенных моими инициалами. Всё было точно по размеру — не удивительно, ведь при поступлении нас просили заранее отправить свои мерки. Под костюмами стояли четыре пары обуви — классическая и спортивная.
Моё внимание привлёк вышитый на костюмах узор. Судя по всему, это был логотип факультета. Интересно, зачем университету так подчёркивать принадлежность к факультету? Возможно, за этим скрывается нечто большее... Или же я просто придаю этому слишком большое значение.
Закрыв шкаф, я решил оставить распаковку на потом и прошёл в прихожую. Зайдя в ванную, вымыл руки, а затем устроился на диване. Всё же стоит немного поспать. С этой мыслью я завёл будильник на 11:30, улёгся на бок и закрыл глаза.
Часть 2
Проснувшись от лёгкой вибрации будильника, я нехотно открыл глаза. Тело всё ещё ощущало последствия долгой дороги — словно в него впиталась усталость асфальта, шума и мелькающих пейзажей. За окном уже сиял ясный дневной свет: он мягко разливался по комнате, проникая сквозь тонкие шторы и отбрасывая на пол тёплые полосы. Время подходило к началу церемонии.
Я неспешно умылся, привёл себя в порядок и вышел из номера. Коридор, ещё недавно погружённый в тишину, теперь ожил: глухие шаги, шорох одежды, тихие голоса, щелчки замков и дверей. Другие студенты, такие же, как и я, покидали свои комнаты — кто в строгой форме, кто в более повседневной одежде. Некоторые явно нервничали: кто-то беспрестанно поправлял волосы, кто-то взглядом искал поддержку у соседа.
Я и ещё несколько первокурсников зашли в лифт и спустились на первый этаж. Холл, ранее безмолвный и холодный, теперь гудел от голосов, в нём чувствовалось движение. У выхода из общежития уже собралась небольшая группа студентов — я прошёл мимо них, не останавливаясь, будто они были частью чужой сцены. Я ощущал себя одиноким зрителем, ненароком попавшим в кадр.
На улице меня встретил прохладный утренний ветерок — он тронул лицо, будто напоминание о приближении осени. Небо было усыпано тонкими облаками, но солнце светило ярко. Альбина возле общежития не появилась, и это было приятным сюрпризом.
Следуя указаниям женщины с ресепшена, я направился по прямой — к огромному зданию, запомнившемуся мне ещё с утра. По пути, на лавочках вдоль дороги, сидели студенты старших курсов. Некоторые смотрели на нас, первокурсников, с ироничным прищуром или даже снисходительной насторожённостью. Это можно было понять: в отличие от них, мы всё ещё вглядывались в каждый угол, каждый фонарь и каждую вывеску, будто это была экскурсия, а не начало учёбы.
Я старался не выделяться, но моя сдержанная походка и отстранённый взгляд, скорее всего, делали противоположное впечатление. Контраст был особенно заметен — на фоне восторженных, любопытных лиц новоприбывших.
Путь занял около пяти минут. Кампус оживал. Кто-то изучал карту территории, кто-то фотографировал величественные здания, а кто-то стоял в тени деревьев, делясь мыслями о грядущем. Всё выглядело так, словно я попал в рекламный буклет: безупречные аллеи, ухоженные клумбы, архитектура с налётом академического величия. Почти вымышленное место — и именно поэтому оно казалось особенно реальным.