Я достал студенческий, провёл его через считыватель у турникета — короткий сигнал, и металлическая планка дрогнула, впуская меня внутрь. Каждый проход фиксировался — университет не просто так был закрытым, здесь отслеживалось всё, вплоть до перемещений студентов по корпусам. Система, где всегда кто-то наблюдает.
Следующей должна была быть практика по вышмату. Лекция, конечно, приятнее — там можно отключиться. Но на практике приходится работать. Особенно в группе.
Как ни странно, внутри корпуса было даже оживлённее, чем снаружи. Шум голосов отражался от стен, слышались шаги, смех, звон телефонов. Я огляделся — все лица были незнакомыми. Впрочем, это неудивительно. Мои социальные навыки всегда были… условными. Точнее, их почти не было.
В моём возрасте — а мне едва исполнилось семнадцать — многим без труда удавалось влиться в группы, завести друзей, найти «своих». Ну, кроме откровенных интровертов. Но я был ни тем, ни другим. Ни экстраверт, ни интроверт — мне просто были чужды эти ярлыки.
Я всегда воспринимал себя как наблюдателя. Стороннего. Не потому что хотел быть «одиночкой», а потому что по-другому не получалось. Моё лицо — непроницаемое, почти как маска — это отталкивало людей ещё до того, как я успевал заговорить.
Как только я поднялся на четвёртый этаж, коридор встретил меня знакомым шумом голосов и редким скрипом обуви по старому линолеуму. Возле двери в аудиторию стояли мои одногруппники. Катя и Нурислам о чём-то спорили с Жаксылыком и Дауреном — голоса у них были приподнятые, оживлённые, с типичной понедельничной неохотой. Чуть поодаль Игорь стоял, опершись о подоконник, с наушниками в ушах, безмятежно уставившись в потолок. Олжас — как обычно — уткнулся в телефон, листая и читая что-то, возможно спортивные блоги.
Я поднял руку и коротко помахал — без слов. Большинство заметили, кто-то кивнул, кто-то не обратил внимания. Стандартная реакция. Вроде бы и свой, но всё ещё чужой. Словно нас с ними разделяло тонкое, почти невидимое стекло.
И вот как только я подумал, что кого-то не хватает — ощутил за спиной чьё-то присутствие.
— Доброе утро, Альтаир.
Я обернулся. Чуть больше метра от меня стояла она — Ильясова Томирис. Прямо, спокойно, с тем самым её выражением, в котором всегда смешивались холодная наблюдательность и скрытая заинтересованность.
— Доброе, — ответил я, привычно ровным тоном.
После её слов во мне появилось нечто — не совсем мотивация, но импульс. Решимость. Тогда я и решил помочь Тимуру в гонке факультетов. И не только потому, что он был моим председателем. Я увидел в этом шанс. Возможность. Площадку, где можно было изучать поведение людей в реальной, напряжённой среде. Наблюдать, как принципы расслаиваются под давлением, как амбиции сталкиваются с ленью, как маски сползают при первых признаках хаоса.
Тот же квест стал наглядным примером. Я встретил множество людей — каждый был по-своему интересен. Пусть финал и оставил горькое послевкусие, но всё остальное… дало пищу для размышлений.
С тех пор мы с Томирис не пересекались. И вот она снова здесь — будто ничего не изменилось.
Мы стали ближе? Возможно. Эмоционально — точно. Но я до сих пор не знал, можно ли называть нас друзьями. Или же мы остаёмся в той категории, как она сама говорила всю прошлую неделю, — товарищи.
— Как всё прошло на квесте? — спросила Томирис. В её голосе слышался интерес — не праздный, не формальный. — Я видела тебя и твою команду… вы выглядели немного… расстроенными.
— Могло быть и лучше, — коротко ответил я. Не потому что не хотел рассказывать, а потому что не знал, с чего начать. Или — с кем.
Но договорить не успел.
— Утречко, Томи! — весело протянула Катя, резко впрыгивая в нашу зону разговора. — Я тут, знаете ли, невольно подслушала… вы про квест?
Она вся сияла. Локоны подпрыгивали вместе с движением, а в голосе звучал привычный для неё понедельничный энтузиазм.
Рядом появился Нурислам, привычно хлопнув меня по плечу.
— Здарова, брат. Слушай, это было круто, честно, — сказал он с широкой улыбкой. — Я не ожидал, что будет настолько заряжено.
— Там было столько всего интересного! — Катя даже подняла руки вверх, будто всё ещё не могла уложить впечатления в себя. — Я думала, что это будет просто дежурное мероприятие, а вышло — ух.