Жаксылык, поправляя рюкзак на плече, повернулся к нам и сказал:
— Слушай, а давайте в ТЦ сгоняем? Просто прогуляться. Время есть, пары закончились.
Нурислам тут же закивал:
— Ага, хорошая идея.
Олжас тоже отозвался:
— Давно куда-то выбирались? А то с этими парами и квестами башка кругом.
Парни начали переглядываться, и каждый по-своему соглашался — кто словами, кто просто жестом.
Жаксылык перевёл взгляд на меня.
— Ты как, Альтаир? На тот раз пойдёшь?
Я задумался. Честно говоря, такие прогулки никогда не входили в мои планы. Но в этот раз… Я начал чувствовать, как что-то меняется. Слишком много случайностей происходило за последние дни, чтобы их списывать на совпадение. Даже простая прогулка могла стать… наблюдением. Или возможностью.
Да и студенческую жизнь надо же когда-то узнавать, — подумал я. — Пока она ещё не прошла мимо.
— Почему бы и нет, — ответил я, спокойно.
— Вот это правильно! — хлопнул в ладони Жаксылык. — Так держать!
— Куда двинемся-то? — спросил Нурислам, закручивая бутылку с водой.
— В ТЦ же, — пожал плечами Олжас.
— Ну, ТЦ — понятие растяжимое. Ты его видел вообще? Он размером с «Мегу» алматинскую или астанинскую, — фыркнул Нурислам. — Там много что есть: кино, магазины, бутики на любой выбор, кафешки и различные центры.
— Не переживай, найдём чем заняться, — ответил Жаксылык. — У кого-то же нет планов на вечер?
Все переглянулись. Никто не возразил.
— Ну тогда чё… Погнали?
Я молча кивнул, и мы тронулись вниз по лестнице, растворяясь в шумном, живом кампусе, где ветер пах свежестью, а в ушах ещё звенело эхо свистков, голосов и случайных совпадений.
Часть 4
Мы подошли к входу в ТЦ. Он возвышался, будто стеклянная крепость: фасад из тёмного стекла отражал небо, сосны и корпуса кампуса. Автоматические двери со шипением впустили нас внутрь — в другой мир, мягкий и насыщенный.
Поток кондиционированного воздуха ударил в лицо. Пахло кофе, пластиком, новой одеждой и едва уловимыми духами. Повсюду сновали студенты — кто с пакетами, кто с наушниками, кто просто искал розетку. Слева тянулись кофейни и фастфуд, справа — витрины с манекенами и экраны с видеорекламой. В центре — стеклянная шахта лифта, поднимающаяся ко второму этажу. Наверху светились таблички: «urban casual», «techstyle», «book & vibe».
— Вот это я понимаю — студенческая жизнь, — потянулся Жаксылык, закинув руки за голову.
— Надо бы сюда почаще, — подхватил Олжас.
— Лишь бы без импульсивных покупок, — хмыкнул Нурислам. — А то у меня дома уже три ненадетые футболки..
Мы двинулись вдоль галереи. Справа мелькали витрины: манекены в куртках и худи, постеры с рекламой скидок, музыка фоном — не громкая, но такая, что без наушников не заглушишь. На экранах — видеореклама нового сезона. В одной из витрин девушка мерила пальто, и отражение поймало наш взгляд — она сразу отвела глаза. Олжас что-то пробормотал с усмешкой, но я не слушал — просто наблюдал.
Мы медленно шли по галерее, обсуждая самые разные вещи: кто-то вспомнил, как потерял ключ от общаги в первый день, кто-то — как чуть не перепутал лекцию с парой другого факультета. Удивительно спокойно — когда никуда не спешишь и знаешь, что рядом те, кто на твоей волне.
Минут через десять шатаний Жаксылык вдруг замедлил шаг и поморщился:
— Парни, я в уборную. Кто со мной?
— Сам иди, мы тут, — буркнул Олжас.
— Лучше бы пошли — а то потеряетесь ещё, — подкинул он и скрылся за углом.
Нурислам огляделся, всматриваясь в план здания
— Туалет на втором. Вон, за тем магазином с китайской вывеской. Погнали туда — подождём Жакича.
Мы поднялись по эскалатору, с холодными металлическими перилами. На втором этаже было меньше людей. По пути взгляд зацепился за бутик с приглушённым светом и нейтральной вывеской — внутри всё было будто из другого времени.
— Секундочку, — остановился Нурислам. — Это что, радиотехника? Пойдём глянем, интересно же..
Мы зашли внутрь. Пространство было заставлено стеллажами — аккуратными, но плотными. На них лежало всё: от элементарных батареек, катушек и разъёмов — до небольших микропроцессорных плат, экранов, паяльных станций, изоленты, проводов с маркировкой и даже макетных плат. пахло пылью, пластиком и… чем-то знакомым — как в лабораториях.