Пока мы осматривались, из-за стойки вышел пожилой мужчина лет под пятьдесят. Высокий, с прямой осанкой. Рубашка в полоску, поверх — тёмный жилет. Волосы седые, но аккуратно зачёсаны назад. В глазах — внимательность. Не холодная, а скорее изучающая.
— Добро пожаловать, — произнёс он негромко, но чётко. — Новенькие, как я погляжу?
Нурислам, слегка растерявшись, кивнул:
— Да, первокурсники. С производственного.
— Хм, сразу видно, — усмехнулся мужчина. — Кроме вашего факультета ко мне почти никто и не заходит. Да и то — курсы по-старше.
— Прям совсем никто? — прищурившись, Олжас переспросил.
— Есть исключения. Но вы знаете — они лишь подтверждают правило, — он улыбнулся краем губ.
— Осматривайтесь. Сейчас всё это может казаться кучей непонятных штук, но поверьте — через год а то и меньше для вас будет все родное, — сказал он опершись об стойку.
Мы рассеялись по бутику. В витринах были крошечные детали, датчики, платы с замысловатыми дорожками, микроконтроллеры, подписанные аккуратными шрифтами. Я поймал себя на том, что мне нравится атмосфера — она была не магазинной, а почти клубной. Будто сюда не просто заходят — сюда возвращаются.
Мужчина тем временем заговорил снова:
— Раньше ваш факультет — элита кампуса. По хакатонам, конференциям, международке. Вон, в Южную Корею летали, дипломы защищали. Сейчас реже, но дух, говорят, остался, — негромко продолжил он, словно просто думая вслух.
— А вы давно тут работаете? — спросил Нурислам.
— Больше десяти лет. Да и живу тут, считай. Кампус ведь закрытый — не только для студентов. У нас тут свои люди, свои законы.
— А сотрудников здесь много? — уточнил Даурен.
Мужчина задумался:
— На мой взгляд… в два-три раза меньше, чем студентов. Мы — тень системы. Без нас она не двигается, — и он улыбнулся. Не грустно — почти с гордостью.?
В этот момент в магазин влетел Жаксылык:
— Ну вы даёте! Я вас обыскался. А вы что, техникой закупаетесь?
— Да тут лавка с сокровищами, — хмыкнул Олжас и повернулся к хозяину. — Спасибо, но мы пойдём. Приятно было.
Мы начали выходить. Только я, Нурислам, Даурен и Игорь задержались у витрин.
Нурислам с уважением наклонил голову:
— Спасибо, правда. Но мы и правда спешим.
— Конечно, — просто кивнул мужчина.
Я был последним, кто выходил из бутика. На мгновение остановился, взглянул на него. Он смотрел прямо на нас — спокойно, без улыбки. Лишь следил, как мы выходим. Взгляд — как будто что-то проверяющий.
Снаружи ребята чуток отойдя в сторону остановились дожидаясь меня, что-то обсуждали.
— А че ты так резко выскочил оттуда, а? — спросил Нурислам.
— Да, если бы Жаксылык не зашел, мы бы там застряли надолго с его офигительными историями. Я увидел возможность слинять и я слинял, — раздраженно объяснился Олжас. — Тем более я проголодался.
— Есть идея, — отозвался Нурислам, кивая куда-то в противоположную сторону центра. — Вон туда, пойдемте, там вкусно кормят.
Через пару минут мы подошли к небольшой кафешке с приглушённым светом, зелёными акцентами в интерьере и мягкими диванами у окна. Мы устроились в уголке, заказали бургеры, кофе и напитки. Официантка с пирсингом в носу приняла заказ и ушла, оставив нас в полутени уютного угла.
Пока ждали заказ, Жаксылык лениво облокотился на стол и, прищурившись, посмотрел на Нурислама: — Ну, брат, что там у тебя с Катей? Вы же всё время вместе ходите. Уже успехи есть?
Нурислам чуть дёрнулся и фыркнул: — Да какие успехи? Просто общаемся.
— Ага, расскажи ещё, — хмыкнул Жаксылык. — Просто общаемся, просто сидим рядом, просто смеёмся. Да ты влюбился, по глазам видно.
Даурен поддержал: — И чё стесняться? Смело действуй, если нравится.
— Вы бы лучше на Альтаира посмотрели, — вдруг сменил тему Нурислам, хитро глянув на меня. — Он сегодня на физре мило беседовал с девушкой через сетку. Она сама его подозвала, между прочим.