Все синхронно повернулись в мою сторону. Я спокойно встретил их взгляды.
— Повторяю вам еще раз. Это просто знакомая. Мы были в одной команде.
— Ты вообще встречался когда-нибудь? — спросил Олжас, приподняв бровь.
Я на секунду задумался, а потом ответил честно: — Нет. Никогда. И, если честно, не понимаю в этом особого смысла. Красоту я вижу, это да. Но за пределами природного влечения… не совсем ясно, зачем всё это. Отношения. Они скорее выглядят как форма обмена, игры. Как способ избежать одиночества или доказать себе что-то.
Мои слова вызвали молчание, если прислушаться можно было услышать сверчка. Но парни быстро пришли в себя.
— Совсем? — переспросил Жаксылык. — А с Томирис у вас что? Вы же тоже часто вместе.
Олжас усмехнулся: — Да не, Томирис — не из тех. Не первая красавица, чтоб прям…
— Олжас, ты только при ней так не говори, если жить хочешь, — отрезал Нурислам.
Жаксылык поддакнул: — Он прав. У неё взгляд — лёд. Убьёт просто взглядом.
— Эх, — мечтательно протянул Даурен. — Почему у нас на факультете так мало девушек?
— Ну, специальности у нас в основном мужские, — сказал я.
— Да нормально, — сказал Жаксылык. — Зато в других факультетах полно. Я вот свой топ составил. На первом месте — экономический. Потом архитектурный. Ну и замыкает — гуманитарный.
— А на чём основан этот топ? — спросил я, не поднимая головы от стакана.
Жаксылык задумался, почесал затылок: — Да фиг знает… На красоте, наверное. На внешности, чё ещё.
— Но разве это первостепенно в девушках? — уточнил я.
Даурен пожал плечами: — Так-то да, конечно. Но человек ведь сначала по внешности оценивает. Не зря же говорят: встречают по одёжке…
Я не ответил. Лишь подумал: "Интересно, знает ли он продолжение этой пословицы?"
В этот момент на столе появился наш заказ. Картошка хрустела, бургеры пахли мясом и специями, а кофе был крепким. Разговор потёк в другую сторону, но мысль всё ещё витала в голове: как много можно узнать, просто наблюдая за тем, как люди говорят о тех, кто им нравится.
Да и вообще, проводить с ними время нельзя было назвать скучным занятием. Наблюдая за ними я начал по малому понимать настроение компании. Это был свой язык. Я ещё не знал его до конца, но уже различал интонации.
.
Часть 5
Вчерашний день закончился тихо. Мы просто разошлись по домам — у кого встреча, у кого домашка, у кого вечерняя пробежка. Я вернулся в свою комнату, приготовил ужин по рецепту: спагетти с курицей и грибами. Ничего сложного, но вкусно. Затем сел за домашку — я предпочитаю делать всё день в день. Без авралов. Без долгов.
Сегодня утром прошли пары по языкам. Всё было предельно просто. Четкие задания, немного разговорной практики. Но теперь, в отличие от большинства, у меня впереди ещё одно занятие.
Я сидел на лавке у центрального корпуса и доедал сэндвич. Почему не в общежитии? Всё просто: я выбрал японский как факультатив. И первая пара начинается сразу после обеда. Но была и другая причина. Я собирался зайти в библиотеку. Оформить читательскую карту, взять пару книг. Вчера я как раз закончил последнюю — ту, что брал с собой в поездку.
Закончив перекус, я встал, встряхнул крошки с колен и направился к нужной аудитории. Кабинет оказался на третьем этаже гуманитарного корпуса — неприметная дверь с табличкой иераглифами. Внутри уже собиралась группа.
Как я и предполагал — людей немного. Человек пятнадцать, на первый взгляд, может чуть меньше. Никого знакомого. У окна сидели двое парней: один — в очках и аккуратной рубашке, другой — с тёмной косой до плеч, в футболке с логотипом рок-группы. Обо о чем-то переговаривались.
Остальные — девушки, были раскиданы по небольшим группам по всей аудитории. Разномастная компания: кто-то с яркими рюкзаками, кто-то в строгом чёрном, одна — с книжкой в руках. Почему-то мне показалось, что они с гуманитарного факультета. Не знаю, откуда эта уверенность — просто ощущение. Интуиция редко подводила.
Среди всех выделялась одна. Девушка в чёрной маске. Она сидела отдельно, на последнем ряду. Осанка прямая, волосы собраны в низкий пучок. Лицо — скрыто наполовину. Болезнь? Или привычка? Или что-то другое? Я отметил её краем глаза, но не стал всматриваться.