— Очень хорошая новость, Архитектор. Сообщи им о моём прибытии, пусть готовят стол.
— Будет исполнено. У вас есть ещё пожелания или вопросы?
— Нет, спасибо.
— В таком случае я заканчиваю сеанс связи.
На этом разговор с детищем эльдаров завершился.
Иритт пришла в себя уже на подлёте к родной планете Алексея. Она была немного обескуражена выбором временного промежутка.
— Почему именно это время, Лёш?
— Ты сама сказала, что хочешь увидеть дочь. Я тоже этого хочу. Нам нужно определиться и точно выяснить, что Алиса наша дочь.
— Давай попробуем, — кивнула девушка.
— Кстати, а с кем ты её оставила? У Михаила?
— Нет, я подумала, что лучше её оставить с более родным тебе человеком… С твоим сыном Иваном.
— Нет-нет-нет, давай без шуток, — покачал он головой из стороны в сторону. — Ты серьёзно?
— Абсолютно серьёзно.
— Иритт, скажи честно, а лучше варианта не нашлось? — возмутился Алексей. — Оставить нашу дочь с сыном главы моей оппозиции! Теперь я понял, почему она такая.
— А мне откуда было знать⁈ — на этот раз возмущена была Иритт. — Он твой сын, и радостно принял Алису.
— Ладно, я его тоже ни разу не видел, вот будет встреча… — Алексей направил корвет в сторону столицы содружества — Алексград.
Очертания родной Земли были до боли знакомы Алексею, но он не узнал города. Что Волгоград до войны, что его Алексеевка, совершенно не походили на то, что расстилалось внизу. Город разросся и захватил оба берега великой реки. Повсюду были высокие здания и огромные парки. Более десяти мостов соединяли город, а на месте острова Сарпинский возникла резиденция правителей Содружества.
Искин предоставил воздушный коридор вернувшемуся правителю. Корабль Воронцова без проблем совершил посадку на большой площади у копии Кремля, который он видел ещё в детстве.
Кремль — исторический и культурный символ России, а также одна из основных достопримечательностей старой Москвы. При застройке комплекса учли различные исторические здания, башни и храмы — Успенский собор, Архангельский собор и Благовещенский собор.
— Охренеть не встать! — смотря в экран, Алексей радовался, словно ребёнок. — Бакулюм мне в тапки, как же тут стало хорошо и красиво!
— Ну, не знаю, — скучающе зевнула девушка, — мне кажется, это чересчур. Вот к чему было строить копию старого, даже не так, древнего здания?
— Это не только древнее здание, а ещё символ правительства российского государства! — гордо выпятил грудь мужчина.
— Пойдём, нас уже встречают, — встала с кресла Иритт.
Алексей под руку с Иритт начал спуск по аппарели. Стоило им показаться из нутра звездолёта, как площадь заполнили крики ликующей толпы. Их встречали с улыбками на лицах старые друзья Воронцова, с которыми он прошёл через многое.
Первым подошёл к нему Мишаня, который немного постарел, но всё так же оставался крепким и сильным, словно медведь.
— Вернулся, не запылился, старый пёс! — заключил Михаил его в объятья и оторвал от земли.
— И тебе не хворать! — ответил ему радостной улыбкой Воронцов. — Ну, ты тут и понастроил!
— А это не я, это все Тимур, — отмахнулся здоровяк. — Он отрыл где-то учебники по истории, вот и решил действовать согласно традициям.
Тимур, стоящий рядом с Мишаней, смущенно улыбался,.
— Тимурчик, родной, иди же сюда, — Воронцов, отошедший от объятий Мишани, протянул руки к другу.
Тот, смущаясь объективов голокамер, ринулся обнимать Алексея.
— Знаешь, Леха, мы тебя уже похоронили и даже памятник тебе воздвигли на месте изначальной Алексеевки. Увидишь, обомлеешь.
— Рановато вы меня со счетов списываете. Всего сто пятьдесят лет прошло с последней нашей встречи, — после объятий с Тимуром Алексей обернулся к капитану Кварту. — А ты че стоишь как не родной?
— Жду своей очереди, пока вы тут натискаетесь, — рассмеялся его боевой товарищ.
— Друзья, хочу вас познакомить с моей спутницей, — продолжил Воронцов после рукопожатия с Квартом. — Это Иритт, моя боевая подруга, начальник и невеста.
Иритт покраснела от неожиданного представления правительству Земного Содружества и стрельнула глазами в сторону своего спутника.
— Ловлю тебя на слове, Лёшенька, — под общий смех произнесла она.
— Ладно, хватит развлекать журналистов, — начал Мишаня, — пойдёмте за стол, яства стынут. Там и поговорим с глазу на глаз без лишних свидетелей.
Как только пассажиры отдалились от звездолёта, корвет в автоматическом режиме взлетел и направился в сторону парковки.