Тимур помог подняться Воронцову, после чего они вместе доковыляли до лодки.
Алексей снова достал кусок ткани, затем наложил себе жгут, чтобы остановить кровь. Кровь на левой штанине запачкала всё сиденье в лодке. Ему пришлось сесть вперёд к Михаилу, а Тимур сел на его место, так как его левая рука была обезображена — грести ей не представлялось возможным.
— Гребём отсюда!
По мере возможности гребцы навалились на вёсла, и лодка, подхваченная течением, устремилась прочь от проклятого берега.
— Куда плыть? — спросил Михаил.
— Давай переплывем на ту сторону, пока стоит хорошая и безветренная погода, — предложил Алексей.
— Хорошо, — навалился на весло Михаил, а следом за ним остальные.
Лодку направилась в сторону противоположного берега. Всё молча гребли, несмотря на раны и усталость. Вторые сутки без должного отдыха вымотали людей. Все мечтали поскорее достигнуть противоположного берега.
Наконец, они доплыли, вытащили лодку из воды и расположились на глинистом берегу. Алексей достал котелок и, хромая, отправился собирать хворост до костра.
— Лёш, да сядь ты! — остановил его Миша. — Я сам всё сделаю. Вам надо отдыхать.
Марина сидела, облокотившись на камень, и гладила себя по голове. Только сейчас Воронцов заметил на её голове огромную шишку, на месте которой лопнула кожа и сочилась сукровица.
— Как всё произошло? — Алексей сел рядом с ней, достал трубку и начал набивать её табаком.
— Как только вы заснули, меня по голове чем-то ударили и я потеряла сознание. Очнулась я уже на траве от того, что Тимур хлестал меня по щекам, — поморщилась Марина, притронувшись к шишке.
— А я вообще проснулся в тот момент, когда ты меня начал тормошить, — Тимур был очень расстроен утерей пальцев.
— Лёш, а ты как вообще заметил нападение? — спросила Марина.
— Это не я, а Миша проснулся от того, что его начали душить. Вас к тому моменту уже не было. Мишаня дал отпор душителю, добрался до автомата и начал стрелять. Людоеды сбежали. Я проснулся от выстрелов и бросился в погоню. Догнав нападавших, я выпытал у них, где вас искать, и отправился туда. Ну и жуткое место…
— Мы не видели, — развёл руками Тимур.
— А я видел… к сожалению. Там повсюду кучи человеческих костей. Костями украшены их жилища. Внешний вид каннибалов вселял в меня ужас. Они все больные, покрыты язвами. Украшения из человеческих костей на хибарах только подтверждало их сущность. Тимур был прикован цепью в доме вождя, а ты, любимая, уже готовилась в качестве жаркого, привязанная к столбу. Мне пришлось убить всех мужчин. При этом я сохранил жизни женщинам и детям. Но эти безумные твари бросились за нами в погоню. Вы и сами видели, как граната сделала своё дело… — Алексей замолчал и отвернулся к воде.
— Эх… — вздохнул Тимур, разглядывая свою изувеченную руку. — Жаль, что ты не оставил мне парочку этих уродов. Я бы им не только пальцы пообрубал.
— Не расстраивайся, Лёш, — погладила его по плечу Марина. — Это не люди. Это монстры, которые хуже чистильщиков. Последние по сравнению с ними просто паиньки.
Тут вернулся Миша с полной охапкой сухих веток и начал разводить костёр. Первым делом вскипятили воду в котелке и начали обрабатывать раны.
Воронцов снял повязку и штаны и обмыл рану горячей водой. Небольшая рана на задней части бедра с двумя отверстиями очень сильно болела и пульсировала. Повезло, что не задело артерию и кость, а повредило лишь мышцы и подкожный жир. Рана неопасная, но очень болезненная. Промыв рану, он тщательно перемотал ногу и надел штаны. Комары сразу слетелись со всей округ на открытую плоть.
Потом Алексей занялся Мариной. Она выглядела очень слабой и болезненной, её постоянно рвало, а зрачки были расширены.
— Сотрясение мозга, — констатировал он, после чего начал промывать рану на голове. Промыв её, он достал полоску ткани и обмотал женщине голову.
Последним остался Тимур — он сопротивлялся и не хотел разматывать окровавленные тряпки. Но общими усилиями они его уговорили, и Алексей размотал импровизированные бинты. Кисть выглядела плачевно. Мизинец, безымянный и указательный пальцы были отрублены по самую ладонь. Все обрубки кровоточили. Было решено что, после промывки раны будут прижигать.
— Нет, не надо! И так всё нормально, — сопротивлялся Тимур, но Мишаня и Марина крепко держали мужчину и его изувеченную кисть.