Когда он закончил, она ничего не сказала. Он ждал, пока она заговорит, задаст другой вопрос, выразит сочувствие, пусть и небрежно, но она сказала совсем другое.
− Завтра тебе нужно начать носить одежду Евгения, − сказала она.
Вот так. Он не до конца осознал, насколько странно это будет. Он представлял, что это было бы все равно, что смотреть на себя в зеркало с размытым отражением, двумя пересекающимися "я".
Она изучала его.
−Ты сидишь так же, как он, - сказала она. −Именно так. Это очень странно. Ты скрещиваешь ноги, как он. Твои руки тоже похожи на его, и ты используешь их так же, как он. − Она говорила тихо, почти медитативно. − И то, как ты используешь свой голос. И проявляешь нетерпение.
Он мог видеть ее на кровати, ее фигура была чуть светлее темноты.
−То, как ты смотришь на меня, − продолжала она, − сначала на мое лицо, полностью его впитывая. Ты склонен смотреть на мой рот больше, чем на мои глаза, когда я говорю. Он делал это так же.
Она внезапно остановилась, как будто ловила себя на мысли.
−Спи здесь, − сказала она. −Я не хочу проснуться и не знать, где ты.
Мгновение она молчала, и он чувствовал, что должен что-то сказать, но ему ничего не казалось правильным. И вот прошел момент, и она встала. Он едва мог видеть ее, и в какие-то моменты он не был уверен, что сможет ее вообще увидеть. Он услышал, как она перевернула одеяло, и едва слышный шелест ее платья соскользнул в темноту, словно воспоминание о нем.
Он снова открыл ноутбук и заставил себя сосредоточиться на экране. Это было не сложно, потому что он начал с файла биографии Лазарева. Информация была захватывающей, и он читал, пока его глаза не почувствовали, как будто они были протерты наждачной бумагой. Марина тяжело дышала от усталости, когда он вернул компакт-диск в укрытие и подключил ноутбук, чтобы перезарядить.
Он вернулся к окнам и посмотрел вниз на черные деревья парка. Он потерял счет времени у окон. Он слышал звуки в парке через узкую улицу. Однажды ему показалось, что он услышал шаги на тротуаре под деревьями там. Казалось, прошло несколько часов - он сознательно не смотрел на часы - прежде чем он слишком устал, чтобы стоять там больше. Он подошел к другой стороне кровати, стянул с себя одежду, положил ее на стул и осторожно заполз под одеяло.
Его рука была на сотовом телефоне после второго звонка, но он все еще спал, когда поднял трубку.
−Да.
−Женя,− сказал голос по-азербайджански. −Мурад.
Но прежде чем Беликов успел ответить, кто-то схватил телефон. Туманная голова, он изо всех сил пытался открыть глаза. Комната была подсвечена голубым закатом. Смущенный, он не мог двигаться.
"qulaq asiram" - он услышал голос Марины.
Она оперлась на локоть, прислонившись к нему. "Kim bu?'
Пауза, когда она слушала.
"Нет, само по себе'
Пауза.
"Kim bu"
Пауза, когда она слушала.
"İki-üç gün"
Пауза, чтобы слушать.
"bəli. hələlik "
Она облокотилась на покрывало и ударила по телефону, прерывая связь. Он мог видеть ее профиль на фоне света из окна.
−Он тебе что-нибудь сказал? − спросила она.
Беликов не спал сейчас уже. Парень что-то сказал ...
− Это... я думаю, он сказал: "Это Мурад".
− Мурад...
−Да. Да, он ... это было все.
− Мурад, − сказала она.
−Да уж.
Она молчала, глядя на него, хотя ее лицо было в тени, свет шел из-за нее.
−Не отвечай больше на звонки, − хрипло прошептала она.
Она взяла телефон и положила его на стол со своей стороны кровати. Затем она снова легла.
Он повернулся на бок, чтобы посмотреть на нее. Она лежала на спине, простыня была сложена к груди, поверхность ее обнаженных грудей была покрыта бледно-синим светом. Она смотрела в темноту над ней, и он мог видеть блеск влаги, которая застекляла ее глаза.
Они так долго лежали, и ее глаза все еще были открыты, когда он снова провалился в сон.
Глава 15
В Наримановском районе Баку, на шести гектарах земли, расположился парковый комплекс "Деде Горгуд". В центре парка был установлен памятник "Китаби-Деде Горгуд". Там же на территории паркового комплекса был создан оригинальной формы водоем - искусственное озеро.
Парк был окружён с трех сторон магистралями, на которых постоянно кипит автодвижение, но, несмотря на это, находясь на его территории, перестаешь ощущать городскую суету, словно отдаляешься от шума мегаполиса.