На вопрос: "Ты в порядке?", я автоматически отвечала: "Я в порядке". Если это и была ложь, правды я все равно пока не знала. Я была в порядке.
Он выключил фен и положил его на кровать рядом с собой. Собрал в пучок мои локоны в своих руках, сооружая такую прическу, которая ему нравилась. Я просто сидела, изредка моргая. Меня меньше всего беспокоило то, как выглядят мои волосы.
Я услышала звук открываемой двери. Я не обернулась. Это не казалось мне таким уж важным. Затем я почувствовала запах кофе. Мой пульс немного ускорился, я пошевелилась и вдруг поняла, насколько я горбилась. Я заставила себя сесть ровнее, расправила плечи, выровняла спину. Я не должна была съеживаться, как побитая собака; то, что часть меня ощущала себя именно таким образом, меня не трогало. Я чувствовала себя побитой, но я не могла позволить себе так выглядеть.
Передо мной появился Ричард. Он был без рубашки, но в джинсах - таких выцветших, что на них появились белые пятна, словно попали в какую-то аварию с отбеливателем. Обычно Ричард выбрасывал подобное старье. К тому же, он был босым.
- Мне жаль, что вся твоя одежда промокла, - сказала я. Мой голос звучал как-то неестественно, как будто в моей голове раздавалось эхо.
Он протянул мне красную кружку с кофе. Это была одна из новых кружек из набора посуды, который Натаниэль купил сюда. Так же, как и в нашем доме, он взял обычную большую столовую посуду двух контрастных цветов. У нас это были зеленый и синий цвет, а для цирка он выбрал красный и черный. Посуда стояла в недавно установленной кухне, которую сделали в то же время, что и новые ванные комнаты. Хорошо, что все не пошло наперекосяк, когда у нас здесь были все эти рабочие.
Ричард встал передо мной на колени и протянул кружку.
- Кофе. Тебе это нужно.
Я кивнула, но не шелохнулась, чтобы взять ее. Я могла думать только о Натаниэле в холле, с врачами и Микой, держащим его за руку. Я пыталась взять себя в руки и прекратить это дерьмо, прежде чем идти к нему. Какая-то тихая часть внутри меня продолжала повторять: "Хейвен пытался убить Натаниэля. Он хотел, чтобы Натаниэль лежал там с растекшимися по полу мозгами". Тогда я отогнала мысли прочь и попыталась ни о чем не думать.
- Ты не хочешь кофе? - спросил он.
- Пахнет хорошо, - сказала я, и мой голос звучал так же заторможено, как я себя чувствовала.
Ричард прикоснулся к моей руке, выглядывающей из-под края одеяла, и обернул мои пальцы вокруг ручки кружки.
- Пей.
Моя рука затряслась, когда я подняла кружку, поэтому мне пришлось помочь себе другой рукой, чтобы не опрокинуть кофе не себя. Двумя руками было удобнее. На секунду я замерла, вдыхая насыщенный аромат хорошего черного кофе. Кофе покупал для меня Натаниэль. Он был единственным, кто всегда выбирал то, что я хотела.
- Как Натаниэль? - спросила я.
- Как я уже говорил, ma petite, он в порядке. Он будет в порядке. Он пострадал, но это поправимо.
- Пей кофе, пока он горячий, Анита, - попросил Ричард.
Я отпила глоток, и это было замечательно. В нем было недостаточно сахара, но Ричард не знал, что я стала класть его больше. Его долго не было рядом, чтобы знать, что у меня что-то изменилось.
- Как мы всех защитим? - спросила я, не обращаясь ни к кому конкретно.
- Когда ты будешь готова, мы встретимся с тиграми, - ответил Жан-Клод.
Я отрицательно покачала головой.
- Я имела в виду не от Марми Нуар, а от того, что только что случилось. Я думала, что мы с Хейвеном все решили. Я полагала, мы в безопасности.
- Мы все так думали, - заметил Ричард.
Жан-Клод сел позади меня, прижавшись своим телом к моей спине. Его руки бережно обвили мои плечи так, что он не мешал пить кофе, но все же обнимал меня.
- Ты не могла знать, ma petite.
- Что Хейвен был плохим парнем? Я знала, и то, что он избил их до полусмерти, только подтвердило, что он ничуть не изменился.
Он прижался лицом к моим волосам.
- Среди крыс Рафаэля тоже есть плохие парни, но они никогда бы не повели себя так. Это случилось не из-за его прошлого. И не из-за того, что он провел большую часть своей жизни по ту сторону закона.
- Тогда почему? Из-за чего?
- Не спрашивай сейчас, ma petite. Пожалуйста, оставь это в покое, пока не пройдет какое-то время.
- Нет, - отозвалась я, - если ты знаешь, почему это произошло, то скажи мне, потому что я не понимаю.