— Что тогда?
— Тогда, — заявил господин Личина, — вы, тайный советник колдовских наук, по высочайшему распоряжению свыше будете строго наказаны по служебной линии. Желаю вам счастливого Нового года!
— Подождите! — вскричал Заморочит. — Еще только одно слово, ну, пожалуйста, господин Маска, э-э… господин Личина…
Но посетитель уже исчез.
Колдун опустился в кресло, снял очки с толстыми стеклами и уткнул лицо в ладони. Если бы чернокнижники умели плакать, он сейчас наверняка бы заплакал. Но из глаз его выкатилось только несколько сухих крупинок соли.
— Так что же теперь будет? — прохрипел он. — Не представляю, что же теперь будет, клянусь всеми муками ада!
Двадцать три минуты шестого
Колдовство, как доброе, так и злое, — вовсе не такое уж простое дело. Многие дилетанты, правда, думают, что достаточно пробормотать несколько заклинаний, ну, в крайнем случае, поразмахивать волшебной палочкой, вроде того, как это делает дирижер, — и все готово: какое-нибудь там превращение, или привидение, или еще что-нибудь в этом духе. Но в том-то и дело, что все обстоит совсем не так. Ведь на самом-то деле любое магическое действие необычайно сложно: для него требуется колоссальная эрудиция и множество приборов и подручного материала, а приобрести это чаще всего очень трудно. Ну и кроме того, целые дни, а иногда и целые месяцы подготовки. К тому же это дело всегда крайне опасно, и малейшая ошибка может привести к неправильному результату.
Вельзевул Заморочит принялся бегать в развевающемся халате по комнатам и коридорам своей виллы в отчаянных поисках спасения, хотя и сам отлично знал, что уже слишком поздно. Он стонал и вздыхал, как злосчастный и неприкаянный дух, и непрерывно бормотал что-то себе под нос. Шаги его отдавались эхом в тишине дома.
Условия договора он уже не успеет выполнить. Теперь он думал лишь о том, как спасти свою шкуру, куда бы спрятаться от адского судебного исполнителя.
Конечно, он может превратиться, например, в крысу, или в простодушного снеговика, или в поле электромагнитных колебаний — впрочем, тогда во всем городе заметят помехи изображения на телевизионных экранах, — но он ведь прекрасно знал, что так посланца Его Адского Превосходительства не проведешь: тот всегда его узнает, какой бы образ он ни принял.
И так же бесполезно куда-либо бежать, как угодно далеко — в пустыню Сахару, на Северный полюс или на вершину Тибета: ведь пространственная отдаленность не играет для этого посетителя вообще никакой роли. Одно мгновение колдун подумал даже о том, не спрятаться ли ему за алтарем в городском кафедральном соборе или на его башне, но тут же отказался от этой мысли, потому что далеко не был уверен, что в наши дни адским чиновникам трудно попасть туда, куда им вздумается.
Заморочит поспешил в библиотеку, где во много рядов один над другим стояли старые фолианты и новейшие справочники. Он пробежал глазами заглавия на корешках книг.
«Отмена совести. Учебное пособие для прошедших начальный курс»,
— прочел он на одном из них. И еще:
«Руководство по отравлению колодцев и рек»,
«Энциклопедический словарь ругательств и проклятий»…
Но тут не было ничего, что могло бы помочь ему в его трудном положении.
Он продолжал носиться из комнаты в комнату.
Вилла «Кошмар» представляла собой огромный темный ящик, снаружи он был украшен покосившимися башенками и крытыми балкончиками, а внутри помещение было разделено на множество комнат с косыми углами и закоулками, а также на кривые коридоры. Скрипучие шаткие лестницы соединяли первый этаж со вторым, а со свода свисала паутина. Все здесь было точно так, как обычно представляешь себе дом злого колдуна. Заморочит когда-то сам набросал план своего дома, поскольку вкус его в отношении архитектуры был очень старомоден. В хорошие минуты он любил называть свою виллу «Мой уютный семейный очаг». Но сейчас ему было не до подобных шуток.
Он стоял теперь в одном из длинных темных коридоров, по стенам которого хранились на полках сотни и тысячи больших стеклянных банок. Это и была та коллекция, которую он хотел показать господину Личине, — называл он ее «Музей природоведения». В каждой банке — пойманный и законсервированный дух природы: тут были и гномы, и кобольды, и цветочные эльфы всех сортов, а рядом с ними ундины, малютки-водяные, русалочки с пестрыми рыбьими хвостиками, и домовята, и даже несколько маленьких духов огня, называемых саламандрами, которые раньше ютились в камине Заморочита. Каждая банка была снабжена аккуратной этикеткой с точным обозначением ее содержимого и датой поимки духа.