— Поговорим позже. Долго рассказывать. Во всяком случае, мне пора в школу.
- Вот именно, поэтому я начну прямо сейчас.
Ты всё ещё занимаешься этим?
- Всё нормально. Мичи и я уже сняли трусики и ждём твоих приказов.
Затем я слышу, как Мисудзу писает и довольно мычит.
- Ах, как же классно писать этим утром благодаря Данна-сама. Спасибо. Я передам телефон Мичи!
Я хотел поторопить их, но я промолчал так как боялся, что из-за спешки Мичи перенапряжётся и заболеет.
- Доброе утро, господин.
Голос Мичи мрачен.
— Доброе утро, Мичи. Что случилось?
- Пока ничего. Я поговорю пока буду писать.
— Только не спеши, расслабься. А то будет плохо.
- Да.
Шаааа.
Я слышу приятное журчание.
- Фуух.
Мичи выдохнула.
— Взбодрилась?
- Да, теперь как новенькая.
Хобби Мисудзу – показывать, как она писает утром и ночью.
Мичи просто повторяет за Мисудзу.
Серьёзно, она так любит Мисудзу, что повторяет за ней кучу всего.
— Так что случилось?
- Помнишь мою сестру, Кудо Харука?
Сестра Мичи.
А, она проиграла Мичи в подвале национального театра.
- Она пробыла в больнице какое-то время, выписалась перед летом и полностью выздоровела за каникулы.
Насколько я помню она сломала ей кости.
- Затем она связалась со мной и сказала: «Я наконец-то натренировала своё чёртово тело!»
Да ладно.
— Только не говори мне, что она попросила о реванше?
- Всё было не так.
Сказала Мичи.
- Как и ожидалось, ты не помнишь.
А?
Что сказала сестра Мичи?
- Эйн пообещала господину, что станет проституткой, если проиграет мне.
Ах да.
- Эйн сказала: «Теперь моё тело в порядке и я хочу выполнить обещание.
— Но Мичи.
У твоей сестры очень тяжёлый и несносный характер.
- Как бы так сказать. Она упомянула, что поедет к тебе.
— Когда?
- На этих выходных. Она спросила в какое время тебе будет удобно.
Выходные.
Нам тут и Никиты хватает.
— В любом случае, не сейчас.
- Да, я помню, что тебе в школу.
— Дело не в этом, сегодня днём не получится.
- Тогда вечером?
Ох.
— Я бы хотел поговорить с Минахо-нээсан, когда она вернётся. Пожалуйста, перенеси всё на завтра. Остальное обсудим вечером.
В любом случае, у меня нет времени на это.
- Хорошо. Я свяжусь с Эйн.
◇ ◇ ◇
— Йо-тян, ты опаздываешь! Я уже погрузила всю выпечку!
Все уже были в гараже, когда я пришёл.
— Мана-тян, будь настороже. Я не думаю, что с системой безопасности будут проблемы, так как она отлично настроена, но если что-то случится, то свяжись со мной. Я вернусь через полчаса.
Кацуко-нээ говорит Мана.
— Да. Они-тян. Береги себя.
— Папа, возвращайся скорее.
— Да, Агнес будет скучать, десу!
Как и всегда, я обнимаю девочек, которые останутся дома.
— Будь хорошей девочкой, ладно? Слушайся Мана-онээтян. Мана, позаботься о них.
— Да, Они-тян.
Я сажусь в фургон.
Эту машину мы купили осенью для перевозки выпечки.
Рено Твинго, если я правильно помню.
На белом корпусе машины сделана надпись «Группа исследователей выпечки Куромори».
— Поехали.
Кацуко-нээ за рулём, а я на пассажирском месте. Нэи посередине.
Эдди и Никита сидят сзади.
Хорошо, что сегодня суббота.
Если бы мы загрузили обычное количество выпечки, то Никита не влезла бы.
Кацуко-нээ завела двигатель и открыла ворота с пульта.
— Берегите себя!
Мао-тян и Агнес машут ручками.
◇ ◇ ◇
Мы проезжаем через задние ворота и паркуемся у служебного помещения школы.
Затем я направляюсь в недавно открытую пекарню рядом со столовой.
— Так, давайте всё занесём!
Нэи, Эдди, Никита и я.
Мы по очереди передаём друг другу выпечку, чтобы перенести её в холодную комнату.
— Кацуко-нээ, на этом всё.
— Тогда я возвращаюсь к Мана-тян. Минахо-оджосама вернётся из Киото в 10.
Сегодня я буду работать один.
Кацуко-нээ иногда приходит и проверяет технологический процесс и вкус.
— Понял. Увидимся позже.
— Да.
Кацуко-нээ возвращается обратно в особняк.
— Давайте поспешим.
Уже 8 часов, надо навести порядок и переодеться, утренняя тренировка подходит к концу.
Мы спешим в спортивный клуб для девочек.
Затем.
— А? Что?
— Это та самая, да?
— Да ладно?
В школу уже пришли ученики.
Они смотрят на Никиту.
Это очевидно. Никита без школьной униформы.
На ней бейджик «Стажировка», но она одета в комбинезон и высокие сапоги.
Костюм расстёгнут почти до середины, кажется, что её грудь вот-вот вывалится.
— Ты слишком выделяешься, Никита?
Пробормотал я.
— Ожидаемо, она русская девушка со светлыми волосами и голубыми глазами!