— Невозможно. Самого по себе атрибута «старый» достаточно для стоимости.
Джии-чан ответил ровно.
— Все когда-нибудь теряется. Люди умирают. Объекты ломаются. В этой вселенной нет ничего вечного. Нет, даже сама вселенная когда-нибудь закончится.
Джии-чан смотрит на меня.
— Ты знаешь понятие энтропия?
— Нет.
Я впервые слышу это слово.
— Материя превращается в энергию. Если она превращается в тепло – она теряется. Ты можешь съедать килограммы еды каждый день, но вес не изменится кардинально. Тогда куда делся вес еды? Ответ в том, что он преобразуется в энергию.
Сказал Джии-чан.
— Ты понимаешь? Каждый раз, когда люди едят, произведенная энергия исчезает во Вселенной. Тепловая энергия. Все, что сгорело, исчезает. Нет, просто сидение на этом стуле или прикосновение ветра создают энергию трения. Нагретое вещество уменьшается. И вся материя в этом мире станет энергией и исчезнет. С момента рождения Вселенной материя продолжает исчезать, превращаясь в свет. И когда-нибудь все постепенно исчезнет.
Сказал Джии-чан.
—Курама Каку имел вековую историю. Искусство и ремесла того времени были собраны в этом здании и саду, и оно просуществовало целое столетие. Разве ты не понимаешь, чего это стоит?
Курама Арису-сан сглотнула.
— Все когда-нибудь теряется. Ничто не вечно. Следовательно, не должны ли мы передать как можно больше старых вещей молодому поколению? Особенно те, что были доверены нам предками.
Джии-чан вздохнула.
— Нет, Курама Каку исчез. Дом Курама, который отбросил «старое», что они должны защищать, больше не является дворянством.
Тогда.
— М-мне очень жаль!!!
Курама Мисато-сан встала со стула и распростёрлась перед Джии-чан.
Она сильно плачет.
— О-онээ-сама?!
Арису-сан тоже ставит колени на пол.
— Арису, поторопись и извинись перед Кудзуки-сама.
— Н-но…
— Не возражай!
— Но мы можем сколько угодно извиняться перед Кудзуки-сама, но дома Курама больше нет…
Затем…
— Разве? Впрочем, это зависит от вас, девочки.
Минахо-нээсан начинает действовать.
— Разве вы не видели случай Мидзусима-сан?
Она улыбается сестрам.
— Они потеряли свою группу управления и всё остальное, но им было позволено остаться дворянством. Однако это зависит от того, как Мидзусима Карен-сан проявит себя.
Джии-чан пообещал, что Карен-сан станет главой дома Мидзусима, когда ей исполнится 20 лет, и ее дворянский статус восстановится.
Однако это произойдет только если она будет служанкой Мисудзу и ее примут.
Если Карен-сан не будет верной служанкой, соглашение не сбудется.
— Т-ты имеешь в виду, что мы тоже должны стать вассалами дома Кудзуки?
Волевая Арису-сан спрашивает Минахо-нээсан.
— Вы не можете стать вассалами, не так ли?
Минахо-нээсан смеётся.
— Действия дома Курамы были тяжким грехом по сравнению с домом Мидзусима. Курама Каку –место с драгоценными воспоминаниями знати.
И они беззаботно разрушили это священную место.
Игнорировали предупреждения Джии-чан снова и снова.
— Дом Мидзусима потерял свой статус знати на определенный период времени. Пониженная до служанки Карен-сан когда-нибудь вернется к дворянскому статусу. Но дом Курама сам отказался от дворянства.
Сказала Минахо-нээсан. Сестры Курама обняли дрожащие тела друг друга.
— Тогда что нам делать?
Арису-сан изо всех сил пытается спросить, но ее голос дрожит.
— Вы накопите тайную благотворительность.
Сказал Джии-чан.
Тайная благотворительность?
— Покупка прекрасных заведений группы Курама Каку. Это будет не только группа Кодзуки, я также поговорю с другими семьями. Торга не будет. Покупка будет по себестоимости. В противном случае их купят иностранные инвесторы. Этого следует избегать. Я знаю, что в этот момент некоторые иностранные инвесторы пытаются поговорить с вашим отцом.
— Э-это…
— Я не против. Это коммерческая компания, поэтому, естественно желать продать по более выгодным условиям. Так думают обычные бизнесмены.
Джии-чан называет отца сестер не дворянином, а обычным бизнесменом.
— Поэтому цена будет выше, чем у иностранцев. Сотрудники останутся на работе. Я гарантирую это. Однако это уже не взаимопомощь дворян, а просто бизнес. Группа Кудзуки не собирается заходить дальше этого.
— Однако это будет означать, что у группы Курама Каку не останется ничего, кроме низших заведений, и деньги, полученные от распродажи, не смогут помочь нам преодолеть кризис.
Курама Мисато говорит Джии-чан.
— Мне все равно. Группа Кудзуки не будет заниматься ничем, кроме бизнеса.
Он говорит категорично.