Гнев Тендо Отомэ обратился на Тории-сан.
— Ч-что?! Ты ничего не сможешь сделать, даже если будешь так на меня смотреть.
— Марико-оджосама, пожалуйста, прекратите провоцировать заключенного.
Адельхейд-сан ругает своего Мастера.
Верно, она ослабляет бдительность, так как ее внимание сосредоточено на Тендо Отомэ.
Она отчаянно прятала свою грудь, чтобы я не увидел ее раньше, и все же,
Теперь ее прозрачное белое бикини показывает ее соски.
О, у нее большая ареола. Может быть, это потому, что она полуиностранка.
— У-Ум.
Внезапно Карен-сан окликает меня, выглядя встревоженной.
— Ч-что это?
— Что случилось?
Тории-сан повернулась сюда.
— Ч-что-то касается моей задницы.
Т-это…
— Ой, простите, он встал.
Я сказал честно.
— Встал? Что встало?
Естественно, Тории-сан не знает.
— Подожди, э-э-э, т-ты имеешь в виду это?
Адельхейд-сан, похоже, знает об этом?
— Ааа! Что-то дернулось!
Карен-сан пытается уйти от меня своим напряженным телом.
— У нас еще есть время, так почему бы и нет?
Эди сказала Мисузу и мне.
— Верно, что думаете, Данна-сама?
Мисудзу улыбается.
— Если он в состоянии эрекции, то вы не почувствуете себя отдохнувшим, пока не эякулируете, не так ли?
Н-Ну.
— Дорогой, я думаю, ты уже знаешь, но.
Сказала Эди.
— Двигаясь вперед, нам нужно отшутиться, несмотря на серьезный разговор.
Жизнь Тендо Отомэ.
Будущее Карен-сан.
Будущее сестер Курама.
— И лучший способ сделать это – использовать силу секса.
Верно.
— Да, я должен выкрутить три шурупа из головы и стать дураком?
— Знаешь, просто отбрось абсурдные идеи еще более абсурдными.
Я понимаю.
Я улавливаю направление мыслей Мисудзу и Эди.
— Ну тогда.
Я встречаюсь взглядом с Тории-сан, Адельхейд-сан, Карен-сан и Тендо Отомэ.
— Давайте покажем им, что за явление представляет собой мужская эрекция.
Я отделяюсь от тела Карен-сан, которое обнимал сзади.
Затем.
Я встаю из ванны.
— Вот что такое эрекция.
Бамён!
Мой пенис стоит твердо.
Он выдвигается перед глазами Карен-сан.
— Хииииииииииииииииииииииииииииии!!!!
Шок настолько велик, что Карен-сан замерла, глядя на мою твердую головку.
— Ч-что это?! Это какая-то болезнь?
Тории-сан тоже удивлена.
— Ип! Впервые такое вижу.
Адельхейд-сан смотрит на мой возбужденный член широко открытыми глазами.
— Ладно, не отводи взгляд, смотри на него.
Цукико приказывает Тендо Отомэ.
Поэтому Тендо Отомэ тоже не отводит взгляда от моего эрегированного пениса.
— Эта штука скоро войдет в тебя.
Цукико улыбается.
Верно.
Чтобы освободить Тендо Отомэ от ее отца и цепей якудза, затем…
Я должен оскорбить ее перед ее отцом, ее союзниками и якудза, которые хотят ее убить.
Чтобы они поняли, что она стала моей женщиной, и душой, и телом, что она больше не может вернуться в мир якудза.
— Карен тоже.
Мисудзу сказала Карен.
— Сегодня ты достигнешь точки невозврата.
Ночь веселья. Обучающий секс Мисудзу 1.
— Итак, мы сделаем это, Данна-сама?
Спрашивает Мисудзу.
— Ч-что вы собираетесь делать?!
Тории-сан, которой не хватает знаний о сексе, сбита с толку.
— Я буду служить Данна-сама.
Мисудзу улыбается.
— Разве ты не видишь, такой большой и напряжённый, выглядит болезненно. Поэтому я утешу его.
Пальцы Мисудзу касаются моего возбужденного пениса.
Оу.
Моя чувствительная головка дернулась от удовольствия.
— Утешишь?
Тории-сан наблюдает, как Мисудзу нежно ласкает мой член.
— Эй! Разве мы не должны уйти?
Адельхейд-сан знает о сексе, поэтому она пытается сбежать, но.
— Ты действительно собираешься бросить своего Мастера?
Эди улыбнулась.
— Нет, Марико-оджосама, пойдемте. Давай выйдем из ванной.
Адельхейд-сан, которая больше не прячет грудь под белым бикини, пытается потянуть Тории-сан за руку, но…
— Хайджи? Это что? О чем говорит Мисудзу-сама? Я не понимаю, так что объясни мне.
— Я имею в виду, это, ну…
Красавица-полуиностранка, похоже, не знает, как объяснить своей Хозяйке секс.
— Ты поймешь, когда увидишь это.
Сказала Мисудзу.
— Момоко-онээсама приказала Тории-сан смотреть, так что ты останешься, не так ли? Ты должна внимательно за этим наблюдать.
— Е-если это причинит вред Марико-оджосама или мне, то я…
Адельхейд-сан идет впереди Тории-сан.
Похоже, она чувствует, что ее целомудрие в опасности?
— Как ты могла о таком подумать?
Мисудзу улыбнулась Адельхейд-сан.
— Я говорю только о служении Данна-сама. Я не говорила о Тории-сан или о тебе.