Обе они внучки Джии-чан, но вряд ли ответвления семей и руководители предприятий примут это без сопротивления.
Каждый из них будет продвигать свою фракцию, начнут бороться друг с другом.
— Но, если мы ладим и любим одного и того же мужчину, то споров не будет.
Сказала Рюрико.
— Я имею в виду, пожалуйста, держите это в секрете, но…
Рюрико улыбнулся.
— Дедушка продал меня Онии-сама в качестве секс-рабыни.
Я купил Рюрико за 3000 йен.
— Следовательно, я больше не юная леди из дома Кудзуки. Я всего лишь рабыня, которая живет, чтобы служить Онии-сама. Рабыня по имени Рюрико.
После того как она это сказала, она несколько раз поцеловала меня в лицо.
— Я рабыня, и это тяжело. Если Онии-сама бросит меня, мне некуда будет идти. Я делаю все возможное, чтобы научиться всему, чтобы доставить удовольствие Онии-сама.
Работа по дому, выпечка, секс.
Это все ради меня.
— Поэтому не волнуйся, Карен-сан. Я буду рабыней Онии-сама до конца своей жизни, а Карен-сан только до 20 лет, верно? Ты можешь консультироваться со мной по любому поводу как со старшей.
Рюрико нежно улыбается.
— Ну, разве это не здорово, Карен?
Говорит Мисудзу, поглаживая Карен-сан по голове.
— Ах, я тоже, я секс-рабыня Нии-сан!
Говорит Луна, облизывая мой пенис.
— В моем случае это также на всю оставшуюся жизнь. Я не думаю, что смогу сделать это с кем-либо, кроме Нии-сан.
Что касается девушек с силой Мико.
— Я тоже~
Кричит Ёми, держащаяся за руки с Адельхейд-сан.
— Я никогда не сделаю этого ни с кем, кроме Сенсея!
В конце концов, ни один человек с обычным умом не может иметь дело со жрицами.
Жизнь отца сестер Такакура и отца Койоми-чан была поглощена силой Мико их жен.
— Я не рабыня, но я отдаю весь свой разум и тело Коу-сама.
Сказала Цукико, контролирующая Тендо Отомэ.
Цукико собирается стать следующей жрицей Такакура, поэтому она не может стать моей сексуальной рабыней.
— К-Куромори-сан, он настолько хорош?
Тории-сан задает прямой вопрос.
— Да. Это потому, что он никогда не лжет.
Ответила Мисудзу.
— Данна-сама все время показывает нам все, и поэтому мы тоже можем отдать всё Данна-сама. Данна-сама забирает всю грязь в наших умах, наши желания и все остальное.
Я…
— Не думаю, что в вас, девочки, есть что-то грязное.
— Данна-сама?
— Мисудзу – это Мисудзу, Рюрико – это Рюрико, все девушки разные и все милые.
Вот что я имею в виду.
— Мисудзу и все остальные могут считать себя грязными, но в вас, девочки, нет ничего грязного. Вы все просто милые.
Я знаю людей с настоящим вульгарным умом.
Ширасаки Суске.
Цезарио Виола.
И я, изнасиловавший Юкино.
— Нии-сан – единственный, кто может так сказать.
Сказала Луна.
— Верно, именно поэтому муж дочери дома Кудзуки и повелитель жриц должен быть Коу-сама.
Цукико.
— Если это он, то у нас есть уверенность, что мы проживем вместе всю оставшуюся жизнь.
Мисудзу говорит Тории-сан.
— Ну, у Дорогого нет ограничений. Он всё примет.
Сказала Эди.
— Не совсем всё. Мастер выбирает только прекрасных женщин.
— Э-э, я принадлежу к этой категории “прекрасных женщин”?
Сё-нээчан криво улыбается.
— Да. Я не думаю, что есть кто-то более прекрасный, чем Сё-онээсама.
Мичи отвечает с серьезным лицом.
— Рейка тоже милая.
— Я-я…
Рей-чан покраснела и смутилась.
Рей-чан большую часть времени ведёт себя как джентельмен, но на самом деле она гораздо более девчачья, этого не знает никто, кроме тех, кто ночует с ней в одной постели.
— С учетом сказанного, все девушки в доме Кудзуки получают любовь Данна-сама.
— Да. Стать партнером Мисудзу-сама означает, что он также контролирует всех женщин в доме Кудзуки.
Мисудзу и Рюрико ответили Тории-сан.
— Эй, подождите, Йошико-сама тоже?
Спрашивает Тории-сан.
— Хм, ну, Йошико-онээсама.
— Верно.
Рюрико, Мисудзу?
— Йошико-чан очень застенчивый человек!
Агнес отпускает мой пенис и говорит.
— Поэтому она хочет, чтобы папа пришёл за ней.
Эй, Агнес.
— Но так не пойдет! Папа занят, так что ей нужно сделать это самой или никакого секса для нее!
Она говорит сердито.
Но.
— Ах!!!
Она заметила, что все смотрят на нее.
— Бабабабабабакерата?!
Поздно.
— Хватит, я знаю, что ты понимаешь японский.
Говорит Тории-сан с пресытившимся видом.
— Правда нората?
Боже, теперь ее слова путаются.
—Агнес-чан, можешь быть первой.
Рюрико улыбнулась и сказала Агнес.
Ее глаза смотрят на мой возбужденный член.