— Поэтому, когда планов нет, а кто-то внезапно просит секса, Коу-сама чувствует, что это его долг.
— И мы обращаем на это внимание.
Добавила Йоми.
— Мы знаем, когда Сэнсэй хочет заняться сексом.
— Да. Йоми-онээчан всегда качает грудью перед Нии-сан, когда это происходит. Что касается меня, то я стараюсь как можно чаще показывать свою попу или голые ноги Нии-сан.
П-правда?
— Поэтому Сэнсэй, естественно, идет за нами.
Эмм.
— Я знаю, что это несправедливо с нашей стороны использовать для этого нашу силу Мико и все равно получать любовь в постели в тот день, когда у нас это запланировано.
Сказала Цукико.
— Но Йоми и Луна все еще молоды, поэтому они сочувствуют эмоциям младших девочек.
— Я это понимаю.
Девочки просят заняться со мной сексом, когда чувствуют себя психически неуравновешенными.
Ощущение соприкосновения наших кож сдувает болезненные воспоминания и тревоги.
Йоми или Луна говорят, что они соответствуют моей похоти, но…
Эти девушки также обременены болью.
— И девушка, которая чувствует себя самой одинокой, заставляет папу влюбиться в нее.
Агнес?
— Вторая тоже присоединяется, но третьей приходится сдерживаться. В конце концов, она старшая сестра.
Она разговаривает со всеми с серьезным лицом.
— Мисудзу-чан старше Агнес, но когда она временами кажется одинокой, Агнес становится старше. Папа Агнес здесь для одиноких девочек, поэтому Агнес приходится сдерживаться.
— Но разве тебе не одиноко, когда ты так поступаешь, Агнес-чан?
Спрашивает Койоми-чан.
— Если это так, то Агнес будет самой одинокой. Тогда я приду к папе и попрошу секса. Все честно! Десуно!
Это правила Агнес.
— Ясно. С этого момента я должна быть осторожна. Я последую примеру Агнес-чан.
Сказала Мисудзу.
— Но ничего не поделаешь, Мисудзу-чан всегда носит с собой много одиночества.
— Хм?
Мисудзу удивлена.
— Хм, Нии-сан всегда беспокоится о Мисудзу-онээсама.
Сказала Луна.
— Да, хотя Сэнсэй не слишком беспокоится о Йоми и всех остальных. Сэнсэй смотрит только на мою грудь и ни на что больше.
— Ах, прости, Йоми.
— Нет. Меня радует, что Сенсей любит мою грудь. Поэтому ты должен больше их трогать, больше с ними играть.
Эмм.
— Я ненавижу, когда Сэнсэй возбуждается от тела Йоми, но все равно сдерживается.
Полагаю, грубо сдерживаться перед теми, кто может читать мои мысли.
— Если вы хотите сделать это, то сделайте это. Йоми также скажет, когда захочет это сделать.
— Х-хорошо.
Затем.
— Нии-сан, можно я помою твой пенис?
Спросила Луна.
— Ах, Йоми тоже!
— Агнес тоже!
Хорошо.
— Конечно, давайте девочки.
— Хорошо~
Луна, Йоми и Агнес начинают чистящую фелляцию, делясь друг с другом.
Затем.
— У-у-у, Куромори-сан?
Койоми-чан?
— М-Можно я тоже попробую его лизнуть?
Наконец, Койоми-чан…
— Я тоже хочу попробовать.
Она говорит с серьезным лицом.
— Койоми-чан не может присоединиться!
Ээээ?! Агнес?
Разве не ты больше всего хочешь, чтобы Койоми-чан занялась со мной сексом?
— Ты не можешь делать минет, пока не поцелуешься!! Тебе нужно начать с поцелуев!! Кроме того, это будет первый поцелуй Койоми-чан на всю жизнь, так что тебе нужно выбрать лучшее место и время! Агнес все спланирует, так что подожди!
— Х-хорошо.
Ах, так вот о чем говорит Агнес.
— Действительно, теперь мы стали семьей.
Луна смеется.
Правильно, мы продолжаем меняться.
Мы становимся тем ближе, чем дольше проводим время вместе.
Теперь мы гораздо более близкая семья.
— Мисудзу, взбодрись.
Я тянусь к Мисудзу.
Все это время три девушки чистят мой пенис.
Мисудзу обнимает Карен-сан
Мы не можем закрыться друг от друга.
— Данна-сама?
— Ну, пока мы можем только держаться за руки, но я обниму тебя позже.
— Да.
Мисудзу протянула руку и взяла мою.
— Мне очень жаль. Я старшая, и все же.
— Наш возраст не имеет значения. Агнес права, самая одинокая – самая молодая. Так что все в порядке,
Если Мисудзу одиноко, мы обнимем ее.
Это нормально.
— Ты поняла? Мы большая семья.
Эди сказала Тендо Отомэ и Адельхейд-сан.
— Дело не в том, кто за кем следует. Мы любим друг друга, и поэтому мы равны перед Дорогим.
Дочь Кёкаку из Кансай Якудза и телохранитель, окончившая Европейскую Академию, обе ошарашенно смотрят на нас.
А также Тории Марико-сан.
— Все, вы должны скорее выйти из ванной. Вы засиделись.
Из динамика доносится голос Кацуко-нээ.
— Да, мы сейчас выйдем.
Крикнул я в потолок.
— Хорошо, давай поторопимся и помоем наши тела.