Подземное общество – это маленький мир.
А отцы Тендо Отомэ и девочек – подонки.
— Мы держимся вместе как «сестринство», чтобы убедиться, что родители не принуждят нас и не изнасилуют. Поэтому нас и не продают.
Затем.
— Хм, что такое «проституция»?
Спросила Тории-сан, не умеющая читать настроение.
— Это преступление. Родители ее группы – преступники, поэтому они беззаботно совершают преступные действия и даже с участием своих дочерей.
Адельхейд-сан объяснила.
— Ну, иногда люди помогают нам. Отец одного моего друга занимается боевыми искусствами. Это наше место тусовки с детства. Мы собирались в додзё в больших количествах, чтобы наши отцы ничего с нами не сделали.
Сказала Тендо Отомэ.
— И где сейчас этот человек?
Спрашивает Неи.
— Умер в прошлом году. Вот почему мы сейчас в опасности.
О, так вот почему их используют в этот раз.
— Значит, отец Тендо-сан и группа якудза, на которую работает твой отец, никогда не были твоими союзниками?
— Что ты имеешь в виду?
Она посмотрела на Неи.
— Ну, я думаю почему ты не подумала отбросить якудза и отца и жить свободно?
— Это явно невозможно! Они…
Тендо Отомэ говорит сдавленным голосом.
— Они всегда будут преследовать меня! Я не могу убежать от них!
— Потому что он твой отец?
Спрашивает Тории-сан.
— Это потому что они якудза! Черт возьми!
С горечью ответила Тендо Отомэ.
— Нет, я думаю что сбежать возможно.
Я сказал.
— Ч-что ты сказал?!
Теперь она выплескивает свой гнев на меня.
— Я имею в виду, что у нас есть сила сделать это возможным.
Я посмотрел на Мисудзу.
— Сила дома Кудзуки на поверхности.
Потом на Минахо-нээсан.
— Власть Куромори в подпольном обществе.
Наконец, Цукико.
— И сила Мико.
Тендо Отомэ вздрогнула.
— Мы можем использовать силу Цукико, чтобы удалить воспоминания о тебе у твоего отца. Если твой отец забудет тебя, он больше не будет тебя преследовать
Если мы изменим ее семейный реестр, отец не заметит, что у него есть дочь.
— Почему бы не изменить отца полностью? Я имею в виду, что мы могли бы манипулировать его воспоминаниями, чтобы сделать его бездомным, бродящим по стране.
Сказала Эди.
— Заставить его забыть о своем имени и своем прошлом как якудза. И жить другим человеком. Кроме того, мы можем отправить его на Камчатку или на какой-нибудь необитаемый остров, и ты больше никогда его не увидишь.
Если мы не хотим его видеть, то можем сделать так, чтобы не было встреч до конца жизни.
— Да. Я могу это сделать.
Спокойно сказала Цукико.
— Тендо-сан, у нас есть сила изменить судьбу, твою и твоих друзей.
Я сказал. Тендо Отомэ.
— Я не верю в это!
— Эмм, чему ты не веришь?
Я спросил.
— Я имею в виду, если у тебя есть такая сила, то ты не будешь тратить время на этот разговор, а просто поменяешь так, как тебе удобно? Не так ли?
Ага, понятно.
Так вот как она думает.
— Ну, Данна-сама не обычный человек.
Мисудзу криво улыбается.
— Действительно, Онии-сама ненавидит искажать судьбы людей.
Сказала Рюрико.
— Хм?! У тебя хватило наглости это сказать?! Ты рождена в хорошем дому, а все благословлённые всегда портят судьбы нам, ползающим по земле.
Тендо Отомэ кричит.
— Даже сейчас я не знаю, насколько велик дом Кудзуки, и тем не менее, нас отправили из Кансая из-за тебя! Нам пришлось пройти через все это.
— Наши рассуждения отличаются. Нам плевать на мир якудза.
Сказала Эди.
— Я считаю, что все люди ползают по земле.
Я сказал.
— Люди не летают. Я. Ты. Мисудзу или Рюрико. Они все стоят на ногах, отчаянно пытаясь жить. Нет никакой разницы между дочерью якудза и дочерью дворянина.
— Что ты знаешь обо мне?!
Спросила Тендо Отомэ.
— Могу задать тот же вопрос, что ты знаешь о Мисудзу или обо мне?
— Хм, я ничего не хочу знать от таких, как ты.
Сказал Тендо Отомэ.
— Тогда на этом всё. Мы все просто позволили Тендо-сан и ее друзьям умереть, не вмешиваясь?
Сказала Неи.
— Теперь ты угрожаешь?
Тендо Отомэ спросила у Неи.
— Угрозы не имеют смысла. Мы уже поймали тебя, Тендо-сан. Если ты не захочешь заключить сделку, мы тебя просто бросим. Какая польза от спасения Тендо-сан и твоих друзей?
Неи не убирает улыбку с лица.
— Сегодня мы сокрушим твоего отца, группу Тендо Садао и группу Ирокучо Ичиро-сан. И чтобы такое больше не повторилось, возможно, придется убить их.
Сказал я. Тории-сан удивлена.
— У-убить!?
— Я могу понять, если они будут преследовать нас, но приставать к девушкам из других семей – это слишком. Нам нужно жестко их наказать, чтобы убедиться, что такой ерунды больше не будет.