- Мистер Мин, вы сегодня выглядите бесподобно, - сказала девушка, поворачиваясь в пол-оборота мужчине.
- Я знаю, - отрезал тот, не отрывая своего взгляда от сцены.
- Разве так приличные мальчики отвечают на комплимент? – Лиз слегка надула губы.
- Приличные мальчики здесь это ваши дети, и то не факт, - заметил тот, всё-таки повернув свою голову к вожатой, - и Гук, который сейчас, кажется, сам побежит танцевать с ребятнёй или умрёт от восхищения.
Девушка повернулась в сторону стола с жюри и не смогла сдержать усмешки – тренер, который каждый день буквально доводил все отряды по изнеможения своими изнуряюще-убийственными упражнениями, сейчас выглядел, как малыш в цирке, восхищённо открыв рот.
- Возможно это даже хорошо, что ты не из приличных, - продолжила Аддерли, придвигаясь к диджею чуть ближе, - с такими даже интереснее.
- Не знаю, что ты там себе надумала, - мужчина выставил ладонь перед ней, - но меня не интересуют твои предложения.
- Но я даже рот не успела открыть на эту тему, - опешила та.
- И не стоит, - усмехнулся Юнги, проводя языком по губам, - а то я уже наслышан о том, что этот рот умеет делать, милая.
Мин чуть агрессивнее выделил последнее прилагательное, отчего оно уже не казалось таким притягательным и желанным для слуха. Это обижало, ранило, доставляло дискомфорт. Но внутри девушки бушевало ещё одно чувство – заставить этого наглеца пожалеть о сказанных словах, чтобы он буквально молил её о хотя бы капле внимания и любви.
Это явно был вызов, который Лиз точно примет с удовольствием.
Вожатая первого отряда была рада за успехи своих подопечных. Гордость за детей возносилась до поднебесной с невероятной скоростью ещё и благодаря тренеру лагеря, который не смог устоять и всю дорогу до корпуса говорил юным танцорам, какие они замечательные и как у них прекрасно удавались те или иные движения. Чонгук был похож на потрясённого фаната, который наконец-то, спустя многие годы, попал на концерт к любимой группе.
Лирён тихо хихикала, видя эту картину – шкафообразный парень буквально подпрыгивал рядом с идущими детьми, восторженно размахивая руками. Вожатая никогда бы не подумала, что двадцатипятилетний парень может так искренне и немного по-детски выражать свои эмоции.
Заведя детей в корпус и передав их в заботливые руки воспитательницы, Ян развернулась к тренеру, которого ещё не отпустила будоражащая волна восхищения.
- Завтра твои очевидные любимчики будут проводить свой день, - вспомнила девушка ту мысль, которую всё никак не могла вспомнить добрую половину дня, - они хотят сделать спортивный день и наполнить его разными соревновательными моментами.
- Тогда нам срочно нужно проверить, всё ли у меня готово к этому легендарному дню! – воскликнул Чон и уже направился в сторону спортивного зала, а через пару мгновений обернулся, чтобы проверить, идёт ли за ним вожатая, - Нуна, ну пойдём же!
Парень аккуратно обхватил запястье девушки и потянул за собой, но та остановилась.
- Погоди, как ты меня назвал? – Ян всеми силами старалась убрать с лица все признаки смущённого умиления.
- Ой, - осознал парень и растерянно посмотрел на лицо вожатой, - я не хотел, честно! Больше такого не повториться.
Лирён смотрела на Чона, который буквально пару минут назад счастливо прыгал возле детей, а сейчас понуро смотрел в землю. Прям самый настоящий зайчонок из мультфильмов Диснея, казалось, что ещё немного и малыш будет плкать. Девушка не удержалась и потрепала густые волосы парня.
- Всё хорошо, не переживай ты так, - она улыбнулась и получила скромную улыбку от парня в ответ, - от тебя это слышать приятно и если тебе так хочется, то можешь так меня называть.
Чтобы не засмущать бедного тренера и себя в том числе, Ян решительно двинулась в сторону спортивного зала. Хотя ей хотелось пищать от восторга – Чоновское «нуна» надолго засело в её голове, повторяясь самой восхитительной мелодией в её памяти.