Белое и фиолетовое конфетти разлетается по всей территории лагеря, радостный шум от аплодисментов заполняет каждый уголок. Мучительный и нервный день батла завершён. Объявление «победила дружба» не особо устроило всех, но радость от того, что все подготовки остались позади заполняет сознание всех и каждого.
Дети были очень довольны своими индивидуальными и групповыми выступлениями. Они не могли успокоиться от эмоциональной волны, которая выплёскивалась на их вожатых в виде восклицательных отзывах. Отряды проделали невероятную работу без помощи взрослых, даже Хосок их похвалил за неожиданные связки и мощную концепцию.
Ну а коллектив лагеря просто уничтожил младших, почти разложил их на атомы. Финальный общий номер взрослых так поразил всех детей, что они не могли сдерживать своего восхищения, хотя изначально хотели их осаживать, как в старых добрых традициях батлов. Но в конце номера, когда Намджун стоял на постаменте и вместе со своими коллегами выдавал самую мощную и отточенную хореографию, от которой хотелось бежать к этим прекрасным вожатым, медикам, поварам и тренерам, негативных эмоций просто не осталось. Оставалось чувство восторга от того, что дети попали в самый лучший лагерь на свете.
- Коллеги, предлагаю сделать памятное фото, - директор собрал в кучку своих подчинённых и передал телефон ребёнку, стоящему рядом.
Весь коллектив был невероятно воодушевлён своим выступлением, поэтому даже не было возмущённых вздохов и желания поскорее сбежать на свои тихие и уютные рабочие места. Все старались прижаться друг к другу, не обращая внимания на вспотевшие тела и всё ещё летающее конфетти – в этот момент каждый член коллектива ощущал такую общность и единение, как в самых классных фильмах.
После нескольких кадров, большую часть из которых все корчили забавные рожицы, у коллектива проснулась острая потребность похвалить друг друга и заключить в объятия ближнего. Чонгук на эмоциях вообще подхватил Лирён и принялся её кружить, отчего старшая взвизгнула и вцепилась в плечи тренера. Но за его счастливую улыбку в этот момент она была готова простить ему абсолютно всё. После своего приземления, Гук ещё раз быстро прижался к вожатой и побежал в сторону Сокджина, который уже понял мотивы парня и старался унести от него ноги.
Смеясь, Ян осматривала своих коллег, которые так же дарили друг другу тёплые объятия, и её взгляд упал на несколько затяжной контакт Тэхёна и Нэнси, от которого последняя даже прятала смущение в плече медика. Старшая на это удивлённо вскинула брови и усмехнулась, делая себе пометку в голове о детальном допросе с пристрастием. Но не она одна смотрела на этих голубков – Чимин так же смотрел в их сторону, но его взгляд кардинально отличался. Его глаза стали почти бусинками, в которых так чётко читались непонимание и печаль. Шеф-повар понуро опустил плечи и прикусил губу. Лирён знала, что означает этот жест. Она всегда так делала, чтобы подавить нарастающее желание расплакаться. Девушка хотела подойти к парню, но её сбил убегающий Джин, который что-то кричал о неуёмных младших.
- Сколько эмоций, - усмехнулась она, наблюдая как Чон всё-таки настиг своего старшего товарища и стиснул того в самых крепких объятиях.
Ян опомнилась и повернула голову, но Пака уже не было на месте. Вожатая негодовала, что она так просто отвлеклась и принялась искать шеф-повара. Что-то внутри ей подсказывало, что сейчас парня не стоило оставлять одного. Спустившись со сцены, девушка смотрела вокруг себя и прикидывала, куда мог направиться сейчас парень. И почти на полпути в столовую она увидела его стремительно удаляющуюся фигуру.
Сказавшиеся репетиции в течение дня и итоговое выступление не дали Лирён нагнать Чимина так быстро, как ей хотелось, поэтому она уже вошла в столовую и слышала шум воды и громыхание посуду из зоны работников кухни.
- Ты тот самый тип людей, которые при стрессе начинают всё убирать? – девушка зашла в кухонную зону и облокотилась на дверной проём, - Если так, то в хозяйстве ты будешь очень полезным.
Пак вздрогнул от голоса девушки, но смерил её хмурым взглядом и вновь вернулся к агрессивному намыванию стаканов. Его движения были резкими, рванными, действительно злыми, что даже было немного страшно. Он словно хотел стереть увиденное с помощью щётки и обилия моющего средства.